Киллкоин

Несмотря на всю моложавость Джона, его потребности определенно изменились в сторону других отношений, где ему, после исполнения ритуального супружеского долга, часто хотелось просто погладить по голове свою молодую жену как внучку или, правильнее, пра-пра-пра- ….-правнучку, попотчевать ее вкусным мороженным и выслушать тинейджерские глупости, которые она ему говорит, несмотря на весь тестостерон, который в него лошадиной дозой влили доктора.

Джон умыл лицо холодной водой, вытер его полотенцем и направился в свой кабинет.

Туда же покатил на своих колесах механический слуга с чашкой ароматного чая. Джон уселся в удобное кресло виртуальной машины, выпил чай и подключился к своей сети. Он привычно пробежался по всем своим рабочим аккаунтам, раздал текущие распоряжения, разобрался с имеющимися техническими вопросами управления своей империей. Все это он делал машинально, без задора и даже минимального интереса. Ему по-прежнему мешало какое то неприятное чувство, оставшееся после сна, которое угнетало его, заставляло беспокоится и переживать. Закончив со своими делами, Джон направился в закрытый клуб вечных пообщаться с себе равными, услышать мудрые размышления, получить новые идеи для своей жизни. Уже, можно сказать, на пути к своей цели Джон повстречал ZET в обличье мерзкого скорпиона размером с собаку, который гадко ему улыбался и пятился назад. Но Джон сразу сообразил, кто или что перед ним, схватил виртуальный камень и швырнул в гадину. Похоже, только эта восьмилапая скотина вызывала в нем еще какие то настоящие чувства, влекущие в ответ спонтанные действия. Камень почти попал в ядовитую тварь, но в этот момент она исчезла, и Джон мгновенно очутился в мрачных декорациях даркнета: животина оказалась ссылкой на этот темный ресурс. Выругавшись от своей оплошности, Джон уже собрался вернуться обратно, но тут он заметил перед собой огромное табло, похожее на настенный экран с расписанием движения сверхзвуковых вакуумных подземных поездов. Только это был экран с котировками цен на ликвидацию вечных, где отдельной яркой жирной строкой светилось:

John Wachowski, 160 years old, 1 250 500 000 killcoins.

Вокруг табло крутились люциферы с блокнотиками и деловито что-то переписывали, крутя своими хвостами и цокая копытами. Один из них внимательно уставился на яркое предложение и задумчиво почесывал свой рог о край экрана.

Предложенная цифра не просто удручала. Это был приговор.