Убийство номер двадцать

Это расследование и в самом деле привлечет всеобщее внимание – и вышестоящего руководства, и прессы, и коллег в других регионах… Оно вполне способно поспособствовать его карьерному росту, проложив дорогу к званию детектива-суперинтенданта.

– Значит, причина смерти у всех одна и та же? – спрашивает Джейми, отчаянно пытаясь отвлечь обоих мужчин от их взаимной неприязни.

– Кровопотеря, приведшая к обескровливанию, да.

– И все это за последние шесть месяцев… – задумчиво произносит Адам. Он смотрит вдоль ряда тел, размышляя вслух: – Но, кроме места, где они были найдены, между ними практически ничего общего.

И мужчины, и женщины… Возрастной диапазон – примерно от двадцати до шестидесяти, верно?

Патологоанатом кивает.

– И полная мешанина, что касается внешности, этнической принадлежности и типа телосложения.

– Короче говоря, разбираться с предпочтениями убийцы будет просто кошмар, – бормочет Джейми справа от Адама.

«Да все это дело – натуральный кошмар», – думает Бишоп по пути к выходу.

Ничто пока не поддается никакому объяснению. Пять жертв, цифры над телами… Первых двоих убили быстро, явно в остервенении. А вот остальных связывали и, как предполагает Адам по порезам на запястьях, подвергали пыткам. Оставили медленно умирать. Растягивая их последние мгновения.

«Модус операнди»[5 - Modus operandi (лат.) – образ действий, характерный для того или иного преступника; преступный почерк.] преступника явно эволюционирует. И все тела были перенесены после смерти на один и тот же заброшенный клочок земли.

Почему? С какой целью? Об этом можно только догадываться. Но, что касается убийцы, Адам приходит лишь к одному выводу: что бы им ни двигало, какова бы ни была его мотивация, останавливаться в ближайшее время он не планирует.

Глава 8

День для Ромилли начинается как любое другое воскресное утро. Пробудившись, она щурится на свет за занавесками, понимая, что они явно заспались. Беспокойная ночь – уже лишь смутная картинка где-то в самой глубине головы; теплые ноги рядом с ее ногами.

Она удивлена, что ее бойфренд еще не встал и не отправился на пробежку.

Ромилли переворачивается на спину и медленно потягивается. Это движение заставляет Фила пошевелиться; его тяжелая рука скользит по ее животу, затем медленно начинает пробираться под тонкую маечку. Она ласково отталкивает его и целует в лоб, заставляя себя сесть.

Фил смотрит на нее из-под тяжелых век.

– Поставишь чайник? – спрашивает он с неспешной улыбкой.