Семь клинков во мраке

Я развернулась и рванула обратно, так быстро, насколько осмелилась, к площади. Лиетт нигде не было. А у меня не было времени ее искать.

Потому что в мою сторону шли обитатели.

Я вспомнила, что видела постройку с крепкими дверями – чтобы бандиты не совались. Нашла ее, протиснулась внутрь, закрыла эти крепкие-но-не-настолько-чтобы-выстоять-против-тех-одержимых двери и задвинула засов. Скользнула к окну, прижалась к стене рядом, вытащила Какофонию, убедилась, что в барабане есть патрон.

Со стороны, наверное, выглядело перестраховкой.

Но тот, кто так бы подумал, вряд ли знал, что это были за люди. Ну конечно. Нельзя понять гончих Обители, пока не увидишь их в деле. Тот, кто видел, как правило, умирает.

Лиетт понимала. И я надеялась, что кто-нибудь там меня услышит и она догадается спрятаться и не высовываться.

Сквозь пробитую в стекле дыру доносились звуки: шарканье ног, треск пламени, надсадный кашель. И дребезжащий, безумный голос.

– А-а, узрите, – хихикнул пронзительный, явно женский голос, – ересь.

На площадь вышли трое мужчин, одетых только в штаны, ботинки и плотные красные платки, повязанные поверх глаз. Каждый дюйм обнаженной кожи покрывали кровавые раны; на груди было вытравлено изображение рыдающего кровью глаза. Несмотря на ясный, солнечный день, они держали горящие факелы.

Огонь нужен им не для освещения.

Среди них была женщина в алой мантии, изможденная и скрюченная, несмотря на юную, гладкую кожу. Не возраст заставлял ее опираться на посох. И уж точно, блядь, не возраст выскоблил ей глаза, оставив взамен лишь зияющие алым дыры.

Процесс превращения в легендарных Незрячих сестер, кровавых гончих Обители – тайна, но никто не становился после него симпатичнее.

Женщина окинула черный круг в центре города пустыми глазницами и улыбнулась, обнажив острые зубы.

– Нас благословили грязью, братья, – прошипела она. – Созревший кладезь гнили, который надлежит очистить. Видящий Бог доволен нашей службой.

Я никогда не завидую вере в божественное. Мне встречалось слишком много людей, верящих, что боги хранят их, но Шрам – место суровое.

Кому не хватает вискаря, держится за богов. Раньше здесь было около сотни мелких культов, посвященных тому или иному божеству, сулившему спасение от зверей и бандитов. Пока Обитель не возвела стены и не превратилась из чудаковатого сборища крошечных поселений в армию охотников на ведьм, жаждущих сжечь любого, кто не разделяет их веру.

– Что там, почтенная сестра? – спросил один.