Десять железных стрел

Я бросила на Джеро взгляд – то ли в замешательстве, то ли в недовольстве, за которым быстро последует удар по зубам, если гад притащил меня сюда просто полюбоваться на живопись.

Там ведь даже голых людей не нарисовано.

– Один момент, – Джеро опустился на колени, вытащил из кармана листок и принялся обводить им стену. – Обычно работает само по себе, но иногда ему нужно немного… о, вот.

Он с силой прижал листок к стене. На его поверхности засветился сигил. В ответ по краю стены тускло вспыхнула цепочка маленьких символов.

Раздался приглушенный звук, и стена сдвинулась, исчезая в постройке и обнажая тайный проход.

– Чарография, – прошептала я.

– Сигил-приказ, если точнее, – отозвался Джеро, вставая. – Из тех, что наш наниматель создал лично. Он и сам изрядно талантливый чарограф. – Джеро бросил на меня любопытный взгляд. – Знаешь о них что-нибудь?

Я открыла рот для ответа. Но забыла, как разговаривать – это знание оказалось погребено под круговоротом образов, хлынувших в голову.

Темные глаза, спрятанные за толстыми линзами очков. Перья, воткнутые в тугой пучок черных волос. Руки, которые раньше так приятно касались моих шрамов…

– Нет, – предпочла ответить я. – Но знала того, кто разбирался.

– По сути, сигил-приказ – то, что убеждает объект, что он нечто другое, – пояснил Джеро, жестом приглашая меня последовать за ним дальше по коридору. – Например, убеждает стену, что она дверь.

– Ясно, – буркнула я. – В этой работенке будет куча магической срани?

– Я бы тебе рассказал, – хмыкнул Джеро, – однако он разглашал лишь частички плана.

Любой из нас знает лишь фрагмент.

– Нас? – Я вскинула бровь. – Есть еще?

– Ты же не ожидала, что столь острый разум придумает план, который способны исполнить лишь два человека, м-м? – поинтересовался Джеро, посмеиваясь. – Я был первой подвижной частью в его механизме, и провел последние четыре месяца в поисках остальных. Ты всего лишь последняя деталь, прежде чем мы запустим эту штуку на пути к…

Его метафора резко оборвалась, стоило ему свернуть за угол и воткнуться лицом в, как казалось, стену из великолепнейшей ткани.

– Джеро, Джеро, Джеро… – укорил его глубокий голос, и на плечи Джеро легла пара крупных рук.

И я наконец увидела, что этой стеной была на самом деле женщина в одежде из этой самой великолепнейшей ткани.

– Существуют потрясающе более простые способы уткнуться лицом женщине в груди.

Очень… очень высокая женщина.