Подарок отца. Книга пятая. Леди золотой кувшинки

Свершилось!

У них будет наследник!

– Что ж я рад за Питера, – проговорил сэр Гилфорд и подтолкнул локтем улыбающегося сэра Джона. – Ну что я тебе говорил, дружище? Вот, что значит порода!

Сэр Джон пожал плечами. Он не возражал против заявления друга.

– Я рад за тебя, Гилфорд! Надеюсь, в скором времени, увидим внуков, – в его сердце кольнуло. Ему тоже хотелось такой радости, прогнав мимолётное наваждение, проговорил: – Похоже, Питер настроен бойцовски, – сэр Джон говорил, но его задумчивый взгляд был прикован к Анфред.

Она стояла недалече и строила ему глазки. Ему не терпелось покинуть своих друзей. Сэр Джон виновато кашлянул: – Кхе, кхе. Я извиняюсь, друзья мои, кажется, меня сегодня ждут маленькие развлечения. Прошу прощения ещё раз и позвольте вас оставить.

Сэр Гилфорд, который давно уже заметил пылкие взгляды этих двоих, засмеялся и, пребывая в радостном настроении, произнёс:

– Да ладно уже, иди! Знаем мы твои маленькие развлечения.

Питер тем временем внёс свою драгоценную супругу в комнату и, опустив на кровать, проговорил:

– Ну что, Ровена, как ты там говорила? Твои дед и бабка не выходили две недели из комнаты.

– Питер, что такое ты задумал? Неужели решишься на подобное?

Ровена улыбалась. Она смотрела на своего супруга недоумевающим и не верящим взглядом.

– Я думаю, мы им не уступим.

Ровена насторожилась и не на шутку заволновалась.

– Питер, к чему такие крайности? Они просто очень долго не виделись. И очень сильно скучали друг без друга.

К тому же были уверены, что потеряны друг для друга.

Ровена говорила, и, довольная, улыбалась. Она до сих пор не могла до конца поверить в происходящее.

– Душенька моя, ты тоже до последнего не знала, сама же говорила. И я не был уверен, что станешь моей. Моей женой, – он поправил себя, вспомнив, как ввёл Ровену в заблуждение этой фразой, и поэтому в этот раз сказал, как надобно это говорить ей.

Он мысленно с превеликим удовольствием произнёс ещё раз, «моей женой». Хотя ему было достаточно просто «моей», этим и так всё сказано.

Питер лёг рядом с ней, крепко обняв, устало, вздохнул при этом. События минувших дней возымели свои последствия. Теперь, лежа в собственной постели и держа в объятиях свою жену, он постепенно расслабился и усталым голосом произнёс:

– Мне до сих пор не верится, что ты моя на веки вечные. И двух недель, как мне кажется, будет недостаточно, чтобы убедиться в этом.

Он снова устало вздохнул и провалился в сон.