Перунов век. Мировое древо

– Чтобы каждый из вас друг для друга был краше красного солнышка, светлее ясного месяца, светлее звёздочек, чтобы думали друг о друге, заботились, любили, верными были. Лада и согласия молодым. Да будет так!

– Да будет так! – прозвучало в унисон за спиной. Друзья водрузили на головы молодых венки.

Можно закончить всё прямо сейчас. Да не надо было и начинать.

– Готов ли ты, Константин из рода Громовых, стать защитником и продолжателем своего светлого рода?

– Готов, – кивок головы, медные пряди коснулись эполет.

– Готова ли ты, Людмила из рода Чернышёвых, стать хранительницей семейного очага и продолжить род Константина из рода Громовых?

II глава Весенняя буря

Две недели или 18 дней назад

Стихийное бедствие никогда не приходит одно. Даже когда разрушительная сила – это твоя лучшая и, пожалуй, единственная подруга по имени Лиза.

Елизавета Борисовна Велеславская отличалась влюбчивостью и предприимчивостью, что в сочетании с её семнадцатилетним возрастом, кукольным личиком и золотыми локонами, превращало юную княжну в оружие массового поражения, опасное даже для себя самой.

И как бы любящий дед не оберегал её, – защитить от всего просто невозможно, особенно, когда объект этой защиты так и стремился вырваться на свободу.

Лиза прибыла в дом Чернышёвых к завтраку. С громким смехом она, подобно хлопушке, взорвалась на пороге, скинув пальто, и нитями серпантина забежала в гостиную. А затем с нечеловеческим аппетитом набросилась на свежеиспечённые булочки политые домашним вареньем.

«О боги, пусть всё это пойдёт в грудь, всё в грудь», – любила повторять Лиза. Разумеется, не за столом. И, кажется, боги шли ей навстречу. Не то чтобы Людмиле, как будущей жрице, так уж нужна была грудь, но и она не отказалась бы есть больше сладкого, если то подло и совершенно магическим образом не превратится в бока.

Лиза могла поддержать любую беседу. Сейчас она щебетала о плохих дорогах, из-за которых ей совсем не удалось поспать в машине.

И о брате, что совсем забыл дом со своей службой. И о дедушке с его скучной, но «она, конечно, понимает, какой важной работой по реконструкции города». Избегала Лиза только тем, касающихся столицы и первого бала, что ожидал её в начале богодара. Она ещё в детстве хорошо усвоила урок: всё, что связано с Перунградом и императором, в этом доме под строжайшим запретом. А Лиза не любила портить настроение ни себе, ни другим.