Нам нельзя остаться

Его глаза яростно обводили зал, губы застыли в гримасе перманентного гнева.

Я попытался вернуться к насекомым и мне это удалось. Изо всех комариных сил я бросился вдогонку пыхтевшему от шествия по лестнице казначея.

– Кто? – басом спросил повар.

Один комар уселся за воротник казначея.

Десятки рук молниеносно выдали мою позицию.

– Ах вы, доносчики несчастные! – бессознательно вырвалось у меня.

Второго комара я посадил в складки штанов. Третий и четвёртый уместились у карманов казначея. Впереди стояла стража, охраняющая вход в замок.

Терять связь было уже опасно, поэтому я переместил сознание обратно лишь отчасти.

Повар быстрыми и грозными шагами подошёл к нашему столику. Бежать было некуда. Я встал, приготовившись встретить его и пустить в ход все свои знания. Изо всех сил я пытался оставаться невозмутимым, мысленно возвращаясь к одной и той же мысли – я не один.

– Тебе не понравилось моё блюдо?! – с вызовом спросил здоровяк.

– Да! – услышал я свой голос. – Это невозможно есть!

И в качестве подтверждения, я поднял из-за полки с винами, что стояла за спиной трактирщика, здоровенную дохлую муху.

В предгрозовой тишине звук её крыльев был слышен особенно звонко.

Казалось, что за её полётом наблюдали все.

– Да к тому же, – добавил я, направляя муху к нашему столу.

Под ошарашенный взгляд повара, с громким чмоканьем муха плюхнулась в картошку и вскоре затихла.

– У меня в еде муха! – завершил я.

Повар переводил полный гневного возмущения взгляд то на меня, то на чёрную точку в картофеле.

– Я знаю, – процедил повар, – что это твои шуточки, палач. Не думай, что тебя тут кто-нибудь боится! А за свою дерзость ты мне заплатишь! Мои блюда – это моё искусство, и я не посмею тебе их порочить!

– За свою дерзость заказать это блюдо я уже заплатил! – ответил я, хотя в этот раз платил вовсе не я.

Здоровяк в перепачканном фартуке погладил нож, не сводя с меня глаз.

– Вот как мы поступим, – проговорил он. – Ты извинишься передо мной, и, может быть, моего великодушия хватит на то, что бы тебя простить.

Эй, Белуф, привезли ли лук?!

Он повернул свою голову в сторону кухни.

– Ещё не привезли! – отозвался кроткий юношеский голос.

– Нет. Моего великодушия не хватит, – он повернул голову обратно. -

Сколько лет работаю, а таких наглецов не встречал!

– Я у вас впервые, – заметил я.

– Моего терпения осталось не много, палач, – повар выхватил нож и воткнул лезвием в стол. – А великодушия у меня, как лука.