Улица Кипарисов, 14

– Обязательно передам.

– Удачи, Торбеллино! Ну, иди! И не оглядывайся!

– Почему?

– Плохая примета!

Моряк Вела долгим взглядом провожал удалявшуюся крепкую фигуру Торбеллино, который бегом догонял ушедших далеко вперед Северо и Тимидо. Командиру нравился этот смелый добрый парень. Он подумал, что у него тоже мог быть такой сын, но, увы, судьба сложилась так, что произошел тот злодейский переворот, и он вынужден был долгое время скрываться в горах. А любимая девушка, конечно, не дождалась. Раскурив трубку, поседевший командир уселся на чурбан у догоравшего костра и задумался.

Седой туман, окутавший долину, начал постепенно рассеиваться. Рождался новый день, а с ним и новые заботы.

До форта Алармо юношу сопровождали неразлучные Северо и Тимидо, которых командир отряда снова отправил в поход за боеприпасами. На Мысе Трех Братьев у снежного холма Торбеллино с ними расстался, повстанцы полезли вверх на холм, где белой громадой маячили неприступные стены замерзшего форта, а он по заброшенной дороге двинул на юг.

По дороге уже много лет никто не ездил, некому было и незачем. Гарнизон форта замерз, форт обледенел, и его бросили за ненадобностью.

За день Торбеллино удалось преодолеть приличное расстояние, так как шел он быстро, не делая остановок. Поздним вечером он уже был на знакомой развилке дорог, одна из которых убегала в сторону Ноузгея, другая – в Бельканто. В этом месте он и решил сделать привал, наспех соорудив в ближайшей рощице небольшой шалаш для ночлега.

Уснул он мгновенно, сон был крепким и цветным, он снова увидел счастливую Джой, игравшую в море с неугомонным Малышом, который кувыркался в волнах рокочущего прибоя…

Проснулся юноша от громких возгласов и какой-то суеты, происходившей на проезжем тракте. Выбравшись из шалаша, он осторожно выглянул из кустов можжеве?льника на проезжую дорогу. То, что он увидел, очень удивило и не на шутку встревожило его.

На развилке стояло с десяток длинных повозок, из которых на дорогу выгружались вооруженные солдаты.

Военными командовал высокий худощавый офицер с франтоватыми усиками, ругавший своих вояк на все лады. Рота, выстроившись в цепь и примкнув к ружьям штыки, двинулась в направлении березовой рощи, где ночевал Торбеллино.

Юноша все понял. Наверняка его вчера видел какой-нибудь местный житель, поздно возвращавшийся домой, и донес в полицию. А полиция, недолго думая, для поимки повстанца подключила военный гарнизон, расквартированный в Ноузгее.