Улица Кипарисов, 14

– Надо немедленно отсюда сматывать удочки, – пробормотал наш герой, поспешно собирая свои скромные пожитки. Он сорвался с места и помчался вглубь леса, отчетливо слыша приближающиеся шаги солдат, которые были направлены командованием для прочесывания местности.

Но роща на его беду скоро закончилась, и он оказался на открытом пространстве. Перед ним журчал неширокий порожистый ручей, за которым начиналась высокая горная гряда. Балансируя на скользких валунах, как в цирке на канате, он быстро переправился на другой берег.

«Ну, что ж, придется карабкаться в горы, – подумал юноша. – Не привыкать. Солдаты, похоже, из обычной воинской части. Не горные стрелки. Если б были горные стрелки, то считай, ему бы тут пришла крышка. Они специально обучены вести боевые действия в горах и труднодоступных местах».

Торбеллино стал примериваться, где лучше начать подъем, и тут его взгляд наткнулся на еле приметную тропинку, вероятно, облюбованную горными козами, спускавшимися к ручью на водопой.

Он бросился к ней и начал по ней подыматься вверх, руками опираясь на крутых участках о торчащие камни и выступы.

Тут-то его и заметили, показавшиеся из рощи солдаты. Послышались ликующие возгласы и резкие выкрики команды. Вояки устремились бегом к ручью, через который он только что переправился. Ситуация принимала скверный оборот. Молодого фрида могла выручить только ловкость и цирковая сноровка.

Глава 5. Трайдор распекает правительство

Ко дворцу Трайдора одна за одной подкатывали шикарные кареты членов правительства, которые спешили на экстренное заседание.

Совещание началось на час раньше обычного. Все собравшиеся министры, советники и директора департаментов понуро сидели за круглым столом, боясь взглянуть в сторону сурового диктатора. Сегодня его сиятельство был крайне зол. Об этом говорили багровый цвет лица, сурово сдвинутые брови, плотно сжатые губы и грозные глаза, мечущие молнии.

– Ваш доклад, дорогой адмирал Гавилан, при всем уважении к вашим заслугам, я бы постеснялся повесить в уборной на гвоздь! – начал в откровенно грубой форме Трайдор, нервно выбивая пальцами дробь на поверхности стола. – Ответьте, какого черта вы рассусоливали, когда беглые каторжники с похищенным кораблем были у вас в руках?

– Я, Ваше сиятельство, боялся пушечной стрельбой повредить корабль, – замямлил, вставая, вспотевший адмирал.