С волком в душе

Опекун племянника императора, подсылает одного из лучших в империи убийц, чтобы уничтожить людей, которые договариваются, как этого несчастного герцога освободить. Отсюда, следует сразу несколько логических вопросов, но задам всего один; ты, лично, жить-то вообще хочешь?

Когда молчание Аршада, стало явно утомлять Страха и чтобы не получить от него очередную оплеуху, он дал однозначный ответ:

– Я, лично, ещё и жить-то толком не начал, так что да, хочу.

Страх заелозил на пятой точке и пожалуй впервые, благосклонно улыбнулся герцогу.

То ли из-за этого, то ли по какой-то другой причине, но Аршад неожиданно даже для самого себя, вдруг пожаловался своим похитителям:

– Я ни сколько не удивлюсь, что Лукасу приказал сделать это, мой родной дед. Ходят упорные слухи, что император, якобы, хочет умертвить всех своих потомков и править вечно.

– Твой бред, попахивает откровенной дезой. Кто-то намеренно распускает такие слухи, а когда они укрепятся в мозгах глупых людишек, то начинают выполнять задуманное заранее убийство – не стал скрывать своего мнения Лекса.

– За последние три года, убит мой отец и два его брата. Из прямых наследников, остался только самый младший сын императора, который родился вровень с началом войны. Кстати, как вам удалось, уничтожить невидимку деда?

Вместо ответа, Лекса требовательно махнул рукой и к костру подсел маг Харун. Его тщательно расспросили обо всех слухах, касающихся смерти сыновей Айкса. Всех убили из засады, свидетелей преступления не было, а оставленные следы, чётко указывали на враждебную сторону, то есть на империю Россария.

Так блестяще провести операцию устранения в тылу врага и оставить после себя конкретные следы, не выдерживало никакой критики. Именно так и доложил Айксу, его лучший дознаватель прямо перед тем, как исчезнуть в неизвестном направлении. После таких новостей, герцог совсем запутался и поник озабоченной головой. Своё пространное повествование, Харун закончил нейтральным голосом:

– До обмена, или скорее всего после, на ваш отряд непременно нападут.

В независимости от того, что произойдет с вами, герцога однозначно убьют и свалят его смерть, опять же на вас.

– Очень даже логично. Плюс ко всему этому, ваш Лукас сильно надеется, что все императорские деньги, которые отданы за лошадей и внучка, он сможет захапать лично себе. Ненавижу и его, и Айкса, и тебя герцог, но … Но вашего Лукаса ненавижу больше всех, да ещё и презираю при этом – страстно проговорил Лекса и опять уставился в огонь.