Пропащие души

Тренер Брандт, обладающий телосложением дровосека, был, пожалуй, единственным человеком в помещении, кто мог справиться с Джастином с помощью грубой силы.

Он оттащил Джастина в маленький кабинет, пристроенный к тренажерному залу, и закрыл дверь, как только они оба оказались внутри.

– Присядь, – спокойно сказал Брандт. В отличие от других тренеров, он никогда не терял самообладания. – Что произошло?

Джастин уклончиво пожал плечами.

– Сильвестри опьянел от власти с того момента, как стал квотербеком.

– И потому ты ударил его в лицо? Ну же, ты знаешь, что не должен такого допускать, – ровным голосом ответил тренер Брант. – Даже если это правда.

Джастин позволил себе тень улыбки.

Тренер Брандт устроился в потрепанном кресле из черной кожи, озабоченно нахмурив лоб.

– Еще что-то есть на душе? Дома все в порядке?

Он спросил это небрежно, но Джастин знал, на что он намекает. Тренер Брандт работал в школе только с этого лета, но история о дерьмовой жизни Джастина уже дошла и до него.

– Ага, – быстро пробормотал Джастин.

– Знаешь, мои отношения с родителями нельзя назвать великолепными. Мой папа ушел, променяв нас на новую семью, и никогда даже не беспокоился…

– Все в порядке, – перебил его Джастин. Хотя он был слегка заинтригован откровением о том, что тренер Брандт тоже вырос без отца, Джастин понимал: тот ожидает, что он ответит тем же и поделится собственными чувствами. А этого не будет.

– Я могу идти?

4

В понедельник утром Зи проснулась в своей слишком большой кровати с балдахином на четырех столбиках (выбранной ее матерью), чувствуя пронзительный звон в ушах.

Потом в одно мгновение стало совершенно тихо.

Интересно, смогу ли я убедить маму и папу купить мне яхту?

Зи яростно потрясла головой, и все снова вернулось в норму. Ее взгляд метался по комнате, пока она пыталась понять, что только что случилось. Почему этот вопрос пришел ей в голову? Она не просила родителей что-нибудь купить ей с тех пор, как ей исполнилось девять и они отказались покупать ей удава.

Эти размышления продолжали беспокоить девушку, пока она натягивала свой обычный наряд, черный с ног до головы, и свое единственное украшение – уйму браслетов с символикой музыкальных клубов, в которые она ходила с Джаредом.