Пропащие души

– Так вот, это начинается с громкого звона у меня в ушах, – начала Зи, пристально глядя на Гэбби. – А потом мне будто приходит в голову мысль. Но это не моя мысль. Верно? Так и с тобой происходит?

Гэбби озадаченно нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду? Чья это мысль?

– Чья-то еще. Например, сегодня утром это была мысль моего брата. В других случаях я не уверена. – Зи нахмурилась. – Я думала, ты сказала, что это случается и с тобой.

Гэбби покачала головой.

– Не такое. Дело не в том, что я что-то слышу.

 – Она с опаской посмотрела на Зи, не зная, как это прозвучит, когда она выскажется вслух. – Я что-то вижу.

Зи села прямее, ее глаза расширились.

– Что, например?

Гэбби немного помолчала, пытаясь подобрать точные слова для описания происходящего, но ей было сложно внятно объяснить то, чего она сама не понимала в полной мере.

– Дай мне проверить, смогу ли я проделать это снова. Я не уверена, как это работает, но…

Гэбби подошла к камню, на котором сидела Зи, и присела на корточки, плотно прижав руки к принадлежавшей Зи большой сумке через плечо, сделанной из черной ткани.

Она закрыла глаза, ожидая, что на нее снова снизойдет испытанное ранее ощущение, но ничего не произошло.

– Что ты делаешь? – нетерпеливо спросила Зи.

– Дай мне попробовать что-нибудь еще, – пробормотала Гэбби, ощущая растущее разочарование. Она не была уверена, что именно нужно делать, чтобы это, что бы это ни было, произошло снова. – Можно мне на секундочку открыть сумку?

Зи кивнула, и Гэбби начала копаться в содержимом сумки.

Она вытащила из нее учебник химии и торопливо пролистала страницы. Ничего.

– Я уверена, что это случалось раньше.

Внезапно что-то пришло ей в голову.

– Может, что-то из твоей одежды.

Гэбби неуверенно протянула руку и коснулась потрепанного края черной толстовки Зи. В ту секунду, когда ее пальцы дотронулись до мягкой ткани, она плотно зажмурила глаза.

Сначала видение было туманным, но Гэбби расслышала музыку.

Грохочущую. Яростную. Когда она зажмурила глаза еще сильнее, изображение стало более ярким, почти как в кино. Она увидела худую девочку-подростка, может, лет четырнадцати, в той же черной толстовке, сидящую на двуспальной кровати из кованого железа. Зи, только младше, еще до того, как подстриглась под машинку, держала в руке маленький пузырек с таблетками. Комната выглядела так, будто сошла с журнальной фотографии.