Пропащие души

– Так в чем дело, Гэбби? Почему ты прислала нам сообщение? – добавил он, ясно давая понять, что они впустую тратят его время.

– Это случилось и с тобой тоже? – спросила Зи, не дожидаясь ответа Гэбби.

Все они смотрели на него, и он ответил хмурым взглядом.

– О чем вы говорите?

Они стояли, будто им выключили громкость, пока не заговорила Сабрина.

– Прошлой ночью я видела моего умершего брата в своей кухне.

Джастин презрительно усмехнулся:

– Ага, из-за наркотиков бывают галлюцинации, Сабрина.

Думаю, ты должна была уже привыкнуть к этому ощущению.

Судя по тому, что говорили в школе, ее сумочка могла составить неплохую конкуренцию любой аптеке.

– Я ничего не принимала, – резко ответила она. – И сейчас не под таблетками.

– Что-то случилось и со мной, – вступил Эндрю.

Джастин закатил глаза.

– Большой сюрприз. Разве не к тебе тут скорая каждую неделю приезжает?

– Нет, – возразил Эндрю. – Это не болезнь. Будто у меня внезапно открылось квантовое восприятие.

Если я по-настоящему сосредоточусь на чем-то, мой мозг работает даже лучше, чем у гениев.

Только Джастин собрался сказать, что, по его мнению, на самом деле было не так с мозгом Эндрю, как заговорила Зи:

– И каждый из нас почувствовал облегчение с нашими… другими проблемами.

– Рад за вас. Для начала: у меня-то никаких проблем и не было. – Возмущение Джастина нарастало с каждой секундой.

Зи пристально посмотрела на него, будто не поверила.

– Ты серьезно не почувствовал ничего странного в последние несколько дней?

Джастин повернулся к Гэбби, которая была полностью поглощена их разговором.

– Ты можешь сказать нам, Джастин, – мягко сказала она.

– Сказать вам что? Что я тоже мертвеца видел? – Джастин проигнорировал холодный взгляд, которым его наградила Сабрина.

– Нет, – ответила Гэбби, покраснев из-за того, что он смотрел на нее. – Но я могу… видеть кое-что. – Она сглотнула. – То, что случалось с другими людьми.

– Почему вы мне все это рассказываете, двинутые? – прорычал Джастин, пряча руки в карманы.

Гэбби отшатнулась, из-за чего он почувствовал себя виноватым – но не настолько, чтобы извиняться.

– Потому что это начало происходить после сеанса групповой терапии, – нетерпеливо ответила Сабрина. – Но мы почти не говорили с теми людьми… Я не понимаю: они могли как-то на нас повлиять?

Зи шаркнула ногой по грязи.

– Может, это был гипноз.

– И мы ничего не помним об этом? – спросила Сабрина.