За гранью реальности

Зимой дорогу до деревни иногда чистили, да и летом по ней проехать было можно. И тогда цивилизация частично возвращались в этот всеми забытый край – раз в неделю заезжала автолавка, Соцработники доставляли пенсию и лекарства "под заказ". А вот осенью и весной жители Нижней Ольховки оказывались отрезанными от остального мира. Словно попадая на остров. Пешком пройти семнадцать километров через лес еще можно было, а вот та же автолавка, скорая помощь или пожарная машина по дороге – это вряд ли. Даже если трактором тащить.

По телеканалу "Россия" закончилась реклама и Аглая Степановна сосредоточила свое внимание на экране. Красочный и слезливый сериал про настоящую жизнь – единственное развлечение из доступных в современной Российской деревне.

Свет в комнате пару раз мигнул, стал чуть ярче и через секунду погас. Картинка на экране также схлопнулась и ушла в черноту.

– Твою же дивизию! – замысловато выразился Алексей Федорович, а Аглая Степановна громко, с горечью вздохнула.

Электричество в деревне отключали часто, но почти всегда глубокой ночью или рано утром. Вот только если авария какая случилась…

Чиркнула спичка и на столе стал разгораться огарок свечи помещенный в стеклянную баночку.

– Ты "керосинку" заправлял? – спросила женщина, с кряхтение вставая с дивана. – В прошлый раз остатки все спалили. Коптить лампа уже начала.

– Заливал. И вычистил до блеска. Лежи, я сам схожу.

Мужчина поднялся из-за стола.

В этот момент на дворе послышался шум.

Что-то с грохотом упало и вдруг истошно всполошились куры. Раздраженное кудахтанье и хлопанье крыльев продолжалось несколько секунд, а затем душераздерающе заорала коза Белка. Никогда еще супругам Агаповым не доводилось слышать ничего подобного. Белка орала так, словно ее заживо и неторопливо пожирал африканский лев.

– Господи! Да что же это такое?– в ужасе воскликнула Аглая Степановна.

Мужчина бросился к дверям, но остановился. Вернулся к столу и схватил банку со свечой.

"Хотел же купить фонарик! Все на потом откладывал, олух!" – обругал он сам себя.

Схватив стоявший возле подтопка топор, Алексей Федорович сильно толкнул дверь комнаты и выскочил на мост.

Белка умолкла на секунду, потом как-то жалобно и уже тихо заблеяла и ее блеянье почти сразу переросло в странное бульканье. Стало хорошо слышно как продолжают бесноваться куры.

Пенсионер рванул на себя тонкую, деревянную дверь ведущую на двор.