Отражение

Между тем над зеркалами словно сгустился до сих пор плавающий на границе освещённого круга туман, образуя стену, с каждым ударом сердца всё более и более плотную на вид. Материальная преграда периодически пульсировала в такт словам ведущих обряд. Так продолжалось довольно долго – на висках живых источников энергии давно выступили капли пота (а у тех, кто пренебрёг одеждой, и не только там), и тем, у кого хватало сил следить за окружающим миром, давно казалось, что они стоят на самом дне глубокого колодца, чьи белёсые стены упираются прямо в небо.

Но вот прозвучал последний звучный аккорд – и «колодец» словно взорвался изнутри! Стены кольцом разбежались в стороны, как вода в луже от брошенного камня, и исчезли за деревьями, а где-то вверху, над головой, возник серебристый свод исполинского купола.

– Всё, – хором объявили маг и епископ и так же дружно закашлялись: перенапряжённые голосовые связки не посмели подвести своих хозяев во время работы, но сейчас можно было расслабиться.

Демоны и колдуны поддержки, едва услышав команду, почти все попадали там, где стояли, и только брат Андрэ, казалось, ничуть не утомился. Правда, всё его веселье улетучилось, стоило ему перевести презрительный взгляд с противников-помощников на свою рясу, теперь выглядевшую как натуральный саван покойника… в котором хозяин пролежал в земле лет эдак пять. Пся крёв!

– Н-ну и? – Халла, оказавшаяся на поверку довольно сильной одарённой, неуверенно оглядывалась по сторонам.

Изменения вокруг казались незначительными – исчез туман, перестали шуметь без ветра верхушки деревьев, да ещё и свет от костра играл размытым пятном на высоком «потолке». И вообще стало явно светлее.

– «Запруда» будет наполняться несколько дней, как настоящий пруд, – закончил массировать кадык чуть светящейся дланью епископ. – Но поскольку мы теперь на самом дне… попробуй что-нибудь сделать. Вы все попробуйте!

Ведьма повела в воздухе пальцами – без видимого эффекта, но на её лице вдруг отразилось ясно читаемое недоверие.

Саламандр, поглядев на это, пожал плечами и повернулся в сторону открытого пламени… И то внезапно вытянулось вверх едва ли не выше макушек окружающих поляну деревьев. Все отшатнулись от волны жара и заливающего пространство света, понося на разные лады придурка… и неожиданно замолчали. Переглянулись…

То, что началось дальше, больше подходило под слово «шабаш».