Воспитанник Шао. Том 4. Праведный Дух Абсолюта

И никто, ничего не знал, и не догадывался, что будет завтра, тем более, после завтра. Народ заговорено бубнил цитатники Мао. Партия зорко следила, чтобы бубнил каждый, бубнили группами, орали толпами, большими толпами, целыми демонстрациями, всем семисотмиллионным народом. Спецотделы бдительно следили, чтобы все орали громко, чётко, с расстановкой и, обязательно, весело.

Никакой показухи. Вживую. Не фальшивить. И только с любовью. С большой партийной любовью к единственному и неповторимому.

Над смертельно больным, не засыпающим, вечно злобным стариком, в высоком небе стоял сплошной гул от раскаленных в великой любви и глубочайшей признательности, раболепно преданных, китайских глоток.

Вот это организация. И именно большевистского толка. И любовь по заказу. И рабство по расписанию.

Для всех и каждого.

Аминь, ничего не подозревающие, господа хорошие.

Всем аминь.

Будьте.

Глава одиннадцатая

Ван.

«Если дурак при власти, то народ идиот:

или наоборот».

Всё и всех, лично и правильно, подозревающий начальник охраны «Запретного города» и личный телохранитель Председателя, Ван Дунсин, подозрительно и придирчиво проверял караулы, сам расставлял у дверей проверенных солдат, снова и снова расспрашивал обязанности и права караульного.

– Какие права у часового? – неожиданно и глухо рыкнул он на немолодого уже, сержанта внутренней охраны.

– Часовой лицо неприкосновенное, товарищ полковник.

– Правильно, сержант. Кто тебя может сменить?

– Лицо, приведённое вами.

– Молодец, сержант.

Полковник тяжело хлопнул сержанта по плечу.

– Кому ты ещё подчиняешься?

– Начальнику караула.

– Нет. В «Запретном городе» на посту вы подчиняетесь только мне. Начальнику караула вы подчиняетесь после смены. Ясно!

– Ясно, товарищ полковник!

– Если на вас нападут: ваши действия.

– Уничтожить нападающего!

– Если их несколько?

– Уничтожить всех.

– Если начальник караула внезапно нападает?

– Уничтожить его.

– Если я нападу?

Сержант сначала запнулся, но потом смело выпалил: – и вас тоже я должен уничтожить.

– Молодец. Завтра получишь лычки старшего сержанта.

– Служу китайскому народу!

– Не бойся стрелять врагов. Не бойся. От этого гордость в личном сознании, и важность тебя такая охватывает, что ты чувствуешь себя богом. Полезное чувство для воина-солдата. Иначе солдат не солдат. Тюфяк гражданский. Баба.

Полковник, по-доброму, крепко похлопал сержанта по плечу.