Додекафония

А порой тревожил не сам шум, а скорее его природа: он мог с почтительной для соседей громкостью играть на инструментах, слушать музыку или телевизор, но шум посторонний раздражал до омерзения: навроде излишне звонкого смеха за стеной, топота сверху, или приспичило вдруг кому-то прибить картину или не с того ни с сего передвинуть шкаф, что стоял годами, никому не мешая.

Каких-либо конфликтов Сашка избегал и только в мыслях представлял разговор с беспокойными соседями. Речь всегда была пламенна поучительна; но с языка так и не слетала, оставаясь где-то там на кончике.

За кротость в общении друзья часто звали его малоразговорчивым тихоней что, впрочем, его нисколько не смущало; сам себя он таковым не признавал, а попросту предпочитал не сотрясать воздух болтовней без особой на то нужды; несокрушимая сдержанность и неумение ругаться, скорее помогали сохранять внутреннюю умиротворенность и чувство комфорта.

К слову, человек начал путь к комфорту задолго до него – еще с первобытных времен, когда заглянул в пещеру чтобы укрыться от дождя.

Со временем в пещере появились зачатки уюта, обустроился очаг, место для хранения пищи и каменных орудий. Все эти тысячи лет человек непрестанно совершенствовал свое жилище: пещеры сменились лачугами, затем домами, а после и монолитными небоскребами, пришедшими на смену ветхим панелькам и пятиэтажкам. Оставалось загадкой: отчего за все эти тысячи лет эволюции человек так и не научился строить комфортное жилье? Отчего в новых домах, построенных по последнему слову архитектурной мысли, такие тонкие стены что ткни пальцем – дыра останется? Частые размышления ответа так и не принесли – от лишнего шума Сашка спасался наушниками; в Музыкальной комнате поставил хорошую звукоизоляцию, что бы не мешали ему, и сам он несильно тревожил соседский покой своей игрой.

Жил один и окунаться в семейную жизнь не торопился – как многие холостячки дорожил свободой и сторонился бытовых драм.

С другой стороны, надеялся рано или поздно прервать одинокие дни, обзавестись семьей. Незамужняя соседка Анастасия казалась для того отличной кандидатурой. Впервые встретил ее в лифте и сразу увлекся. Есть порой в женщине что-то необъяснимо притягательное, вроде не красавица и губ не красит, а раз увидел и из головы не выходит. Помимо прочих достоинств, Анастасия была идеальной соседкой: всегда тихая незаметная будто за стеной и вовсе никто не жил.