Следы на воде

Говорил всякую чушь, кажется, поднял в воздух скамейки и урны.

– А потом?

– Потом я открыл портал и ушёл.

– И всё? Больше вы ничего не делали?

– Ничего. Мне тогда вообще ничего не хотелось делать. Даже думать.

– Хорошо. С этим всё более-менее ясно. А теперь расскажите мне, почему вы скрывали свои способности?

Я посмотрел на Ирину Григорьевну и, помедлив, ответил:

– Я не хотел уезжать в интернат.

– Да? А почему?

– Потому что хотел остаться с мамой.

– А откуда вы узнали, что вас туда заберут?

– Я… – выдавать Дениса мне не хотелось, поэтому я схитрил.

– Обычно дети вашего возраста ни о чём подобном не думают. Вы, наверное, увидели, как кого-то увозят, да?

– Не помню… может быть, и видел…

– Можете не увиливать, Сергей Александрович! Мы знаем, кто помогал вам скрываться. Это был ваш друг, Денис Надеждович Лопатин. Это его вы видели уезжающим в интернат, да?

– Да, – подтвердил я, ведь отпираться дальше не имело смысла.

– Ему? Ничего, он, как и вы, был в таком возрасте, в котором не мог отвечать за свои поступки. В Российской Империи уголовная ответственность наступает, только с четырнадцати лет, если вы не знали.

– Хорошо, – с облегчением выдохнул я.

– Как вам удавалось обманывать проверяющих?

– Я использовал «Плащ Обывателя».

– В семь лет?

– Да. Денис научил меня ему, я долго тренировался и смог поддерживать его целый день. Никто ничего не обнаружил.

– У вас это превратилось в настоящий талант, Сергей Александрович! Но лучше бы вы направили свои силы на что-то более полезное Родине, – посетовала она. – Что было дальше?

– Дальше? Да ничего, я стал учиться сам, по книгам.

– Денис помогал вам?

– Иногда, когда приезжал в гости к бабушке.

– Когда вы последний раз с ним общались?

– Года два назад… кажется в августе.

– Вы сами освоили телепортацию?

– Ну-у… практически сам. Денис показал мне её один раз, а потом я уже сам пытался.

– А портал?

– Это я уже сам разобрался. Там примерно такой же принцип, просто точка фокусирования вне твоего тела…

– Понятно, – в голосе Ирины Григорьевны послышались нотки уважения. – На ком ещё вы применяли псионику?

– Да, в общем, ни на ком. Иногда читал мысли мамы и сестёр, ну и бабушки.

– А на учителях?

– Нет. Пару раз пробовал, но чуть не засыпался, поэтому перестал.

– Хорошо. А на Миле?

– Нет.