Последняя Осень: Возвращение

Тишина… больше ничто не издавало ни звука – словно окно в тот мир было лишь видением.

– Ты… – прошипел Хелдор, поворачиваясь к ней. Хельга стояла позади него. На ней был вновь ее крылатый шлем, в руке появился массивный круглый щит.

– Я. – Лаконично ему ответила Хельга. Ты никуда не пойдешь. Обрети самого себя, впитай силу своего чертога, переродись вновь. Почему ты хочешь возвратиться к этим короткоживущим людишкам?

Хелдор не отвечал. Он грозно выставил свою алебарду перед собой, мрачно глядя на богиню войны.

Хельга с громким шелестом достала меч и отвела в сторону и чуть назад, готовая к любым его выходкам. Воздух сгустился, словно перед разражающейся бурей. И это была не фигура речи…Хельга ощущала это физически, хоть и не могла этого никак объяснить.

-Ты говоришь, что это мой Чертог – и я питаю из него силу, не так ли?!

Глаза Хельги расширились. Впервые за многие тысячелетия она испугалась – все воинские инстинкты говорили ей – беги! Она, поборов это новое для себя чувство, выставила щит вперед, крутанула в руке меч, ожидая, что сделает Хуунре.

Казалось, целую вечность они стояли друг напротив друга. Хелдор сначала подумал, что погорячился, начав угрожать своей негаданной и всемогущей супруге – что он может, случайно тут очутившийся, снявший перед пиром доспехи. Впрочем, мысль о том, что Чертог – то место, где он много раз набирался сил, стала для него обнадеживающей.

Вскоре Хелдор словно кожей ощутил, как первобытная энергия наполняет его, она словно изливалась на него – от оружия на стенах, от трона и горы черепов, что тот попирал.

Сам черный камень под его ногами поддерживал его. Сила поверженных за множество его земных жизней питала – начиная от первого дикаря с костью в носу, что он заколол рогом огромного травоядного, до рейдеров, что он зарубил мечом, сражаясь в ущелье… Более уверенно он выставил правую ногу вперед, а свою верную глефу закинул на левое плечо, словно готовый смести воительницу одним ударом.

А еще он вспомнил, как Адель учила его совершенно бесполезному, как ему казалось, заклятию, дескать, просто освоить сложную «фонетику» магии. Как он ни просил магессу выучить что-то более практичное, но она ему запрещала, справедливо опасаясь, что Хелдор в момент опасности попытается поразить противника молнией, или всесжигающим пламенем – но неизбежно погибнет и сам.

– Что? Что ты там бормочешь? – собрал всю волю и смелость в кулак, крикнула Хельга.