Армейская заповедь

Лишь тогда Водорезов принял решение отпустить учителей и ремонтников, нанятых для подготовки школы к новому учебному году. Пусть благодарят Александра Сергеевича…

Не прошло и пятнадцати минут, как около десантного блокпоста затормозила «таблетка»[2 - Таблетка (арм. сленг) – армейский автомобиль «УАЗ-452».]. Бойцы тут же взяли ее в плотное кольцо. Однако появившийся из нее круглолицый улыбчивый офицер дал Водорезову право скомандовать «вольно».

– Не ждал? Ну, здорово! – протянул Николаю ладонь круглолицый.

– Привет, Дима! – отозвался Водорезов. – В самом деле, не ждал. Ты ведь в Москве, в центральном аппарате? Здесь, разумеется, не на отдыхе?

– Стреляли, – в духе Саида-Мишулина из «Белого солнца» ответил Дима. – Между прочим, можешь кончать свою самодеятельность, – кивнув на блокпост, продолжил Дима. – Взяли тех, кто вчера обстрелял вас.

– И кто же?

– Пацаны. Самому старшему двадцать один, самому младшему пятнадцать.

«М-да. Не знаешь, что и ответить, – невесело усмехнулся про себя Водорезов.

 – Героически отбили нападение птенчиков. Птенчики те, правда, не в соловьев и не в соек вырастут, а как минимум в ястребов. Впрочем, не все. Троих уложили навечно…»

– Если бы по кабине открыли синхронный залповый огонь из автоматов, то мы бы сейчас не беседовали, – произнес Николай.

В самом деле – благодаря такой оплошности Водорезов и его бойцы сумели вовремя покинуть кабину и открыть огонь. Тот же, что с тыла, оказался излишне лихим.

Действовал в одиночку, без прикрытия. Выскочив из арыка, он тут же попал в зону огня, который вел Николай, и был убит… «Евгения Онегина» он вряд ли читал и уже никогда не прочитает.

– Я ведь по другому вопросу к тебе, Коля, – чуть понизив голос, произнес Дмитрий. – Поедем со мной, разговор серьезный.

Дима Шумилов – майор ФСБ, старший оперуполномоченный военной контрразведки. Водорезова с ним связывала давняя, проверенная годами дружба. А познакомились они в Рязанском училище ВДВ, у дверей приемной комиссии.

Обоим в категоричной форме было отказано в зачислении. Николая забраковали из-за роста (у гвардейца-десантника он должен был быть никак не ниже 175 см), а у Димы обнаружились какие-то незначительные хрипы в легких. Тем не менее полковник из приемной комиссии порекомендовал им обоим поступить в Коломенское артиллерийское училище, где имелся собственный факультет ВДВ, но ограничения там были не столь суровыми.