Болевой прием

 – Разговорить сумели, она прямо ожила.

– Да перестаньте вы! – вдруг ни с того ни с сего осекла я девушку. – Просто людьми надо самим быть… И понимать!

С тех пор я в онкоцентре не была ни разу, но регулярно звонила Злате, рассказывала ей всякие истории, а сама обдумывала, где бы раздобыть пони и привести лошадку в клинику. Там все равно стекла толстые, неужели врачи запретят показать девочке живую лошадь?!

Двадцать минут все никак не пройдут. Слабость окончательно отступила, как только я вспомнила о Злате.

Я не могу, не имею права оказаться в «волшебной стране» раньше нее. Кто тогда будет ей звонить, разговаривать?! Сейчас должен быть обход, позвоню девочке вечером… И тут я вспомнила про бумажный мусор, которым были забиты мои карманы! Я тут же разложила перед собой свою мусорную добычу. Бумажек немного, минут за десять-пятнадцать мне необходимо их изучить. Хоть это и вряд ли, но, может, удастся отыскать хоть какую-то зацепку за Шорникова?! Какие-то рецепты, чек из супермаркета, список, в котором одни продукты… Это отбрасываем в сторону, вряд ли пригодится. Изорванная открытка с крокодилом Геной, поздравление к 8 Марта. Так, а вот занятная бумаженция, почти целая. Почитаем. Итак: «Объяснительная студента Л… (вырвано безвозвратно). По поводу нарушения вечернего режима сообщаю следующее. В 20—00 ко мне в общежитие пришла любимая девушка Ира С., чтобы поиграть в шахматы. Мы знали, что гости могут оставаться в общежитии только до 23—00, но на 14-м ходу нашей партии Ира применила гамбит Фалькбеера и съела моего ферзя. Я был вынужден занять глухую оборону и отыграться батареей „слон плюс ладья“, заманивая таким образом Ириного короля в угол. Здесь Ира совершила ошибку и попалась на мат Легаля. Все вышеперечисленные маневры значительно затянули партию, и мы потеряли счет времени, хотя на часах уже было 00-2…» Дальнейшие строчки и подпись опять же были безвозвратно вырваны, но вряд ли сообщили бы что-то сверх того, что я прочитала. Передо мной не что иное, как некий шедевр студенческого фольклора, который можно сохранить для какого-нибудь юмористического сборника. «Занятия по истории религии прогуляли, бес попутал», – объяснительная из моей студенческой юности, из той же оперы. Гамбит Фалькбеера звучит не менее круто, чем хроническое хромосомное харакири…

Впрочем, я отвлеклась. Итак, что мы имеем? Шедевр изящной словесности студента Л., крокодил Гена, как символ женского дня, рецепт, чек и список продуктов. Считай, даром в мусоре копалась.