Маскировкой седину не скроешь

Леня должен был получить должность командира спецотряда и полковничьи погоны… А сейчас он в тюрьме по обвинению в терроризме, с которым единый оперативный центр должен был бороться.

– И каковы должны быть мои действия? – спросил Касаткин.

– Ты профессиональный разведчик. Работа по профилю.

– У этого Ильдара в близлежащих краях имеется еще одна любовница. Официантка ресторана болгарской кухни, – сообщил подчиненный полковника, оторвавшись от ноутбука.

– Так выходит, Ильдар знал, кто хотел его убить? – внес уточнение полковник.

– По-моему, да, – кивнул Валера. – Он их коротко определил – черти, нелюди… Знал он их! – уверенным голосом подвел итог Касаткин.

– Напрасно вы так, Сергей Михайлович, – перед самым завтраком услышал Адмирал в своем мобильнике голос Анатолия Львовича.

– Вы уж извините, Анатолий Львович, только вы каких-то хамов прислали. Я и не поверил, что они от вас.

– Понимаю… Я уже объяснил им, что разговаривать с боевыми офицерами нужно чуть по-другому…

– Совсем чуть-чуть, – позволил себе дерзкую иронию Ушаков.

– В любом случае, я вам благодарен, – неожиданно мягким тоном продолжил Груздев. – Ведь покушавшихся на меня вы отыскали. Они уже дали подробные признательные показания. Вознаграждение вам доставят к вечеру, после пяти часов. Куда вам его привезти – в управление, на базу или на квартиру?

– На квартиру, – ответил Ушаков.

От разговора остался неприятный осадок. Одно дело изловить наемных убийц, террористов, какую-нибудь по-настоящему опасную мразь.

Официантка Марина жила в панельной многоэтажке спального района. Валера поднялся на пятый этаж без лифта, немного потоптался у квартиры под номером четырнадцать, затем нажал на кнопку звонка.

– Что вам нужно? – почти сразу же откликнулся тонкий девичий голос.

«Странно, по данным полковника, этой Марине сорок два года, а голос, как у девушки!» – мысленно отметил Касаткин, а вслух быстро произнес:

– Передайте Ильдару, что с ним срочно хочет поговорить Валера-рамзес.

За дверью умолкли. Причем на долгое время. Валера держал руки ладонями вперед, резких движений старался не делать. Пусть посмотрят в глазок, убедятся, что он пришел с миром. Прошли минуты две, и дверь открылась. На пороге никого не было. Касаткину не оставалось ничего другого, как сделать шаг в квартиру…

В коридоре было пусто.