Омерта десантника

Полненькая, невысокая, по имени Лариса; длинноволосая, одетая в обтягивающую короткую майку, Тамара и еще одна, в очках, со строгим выражением лица, не пожелавшая назвать своего имени.

Парфенов установил кюветы со спиртом по бокам письменного стола, на поверхности которого и должна была происходить дуэль. Затем щелкнул зажигалкой, и спирт в обеих емкостях вспыхнул голубоватым пламенем.

– Начали, лейтенант! – произнес, точно скомандовал, Вадим, выставив вперед правую руку, упертую локтем в поверхность стола.

В самом деле – дуэль. Проигравшего макнуть всей кистью в пылающий спирт. Сурово…

Сафронов молча поставил на стол свой локоть.

– Все будет в ажуре, Робик! – усмехнулся Парфенов. – Девчата с медициной знакомы, в случае чего перевяжут.

Девчата замерли, точно затаили дыхание. Это было не какое-то там «индийское кино». Ирочка попыталась было что-то произнести, но Маша остановила ее резким волевым жестом. У Сафронова в этот момент сложилось ощущение, что такую «дуэль» Вадим устраивает не впервые.

Ладонь у Парфенова была шире и тяжелее. Он чуть ли не всю кисть лейтенанта сдавил и стал тянуть вниз. Выражение лица у Вадима было спокойным, без малейшего напряжения. Он точно демонстрировал сопернику, что жмет пока еще лишь в четверть силы. «Не пора ли сдаваться, дорогой Робик!» – говорила его безмятежная улыбка.

Глава 3

Парфенов продолжал улыбаться. Рука Сафронова медленно, но неумолимо гнулась к синему пламени. Девушки молча, затаив дыхание, наблюдали за «дуэлью».

Это не «Евгения Онегина» наизусть заучивать и не про княжну Мери читать. Из-за одной из них сейчас происходила самая настоящая дуэль. И не между пацанами в рваных штанах, а между гвардейцами-офицерами. Между тем лицо Парфенова заметно напряглось. Сомкнутые руки дуэлянтов остановились, точно окаменели, всего в нескольких сантиметрах от пламени.

– Где, говоришь, у женщин самые курчавые волосы? – неожиданно спросил Сафронов.

Полненькая Лариска хихикнула, Маша и Тамара фыркнули.

Лицо Парфенова покраснело, он попытался было сделать резкий рывок и окунуть cафроновскую кисть в догорающий спирт, но у него не вышло.

– Если верить армянскому радио, то в Африке, – ответил за Вадима Сафронов.

Между тем ручища старшего лейтенанта стала подниматься вверх. На лице Сафронова слегка дернулись мышцы, и «линия фронта» выровнялась окончательно.

– Ничья, – робко подала голос Ирочка.

– Что скажешь, Вадим? – поинтересовался Сафронов.