Снайпер контрольный не делает

Не для интимного свидания, – продолжил я.

– Ты не скалься, говори короче, зачем тебе Гоша Ланковский? – подал голос Халк, расположившийся у меня за спиной.

Нет, он явно косил под мультяшного героя. Зачем? Не спрашивать же сейчас…

– Брата девчонки своей ищу, – ответил я. – Младшего брата. У него с господином Ланковским серьезные отношения были… Ну, вы сами понимаете!

– Перестань скалиться! – буквально зарычал на меня Халк.

Что ж, продолжать пришлось другим, серьезным тоном:

– Брат моей девушки был Гошиным любовником!

– Врешь! – тонким срывающимся голосом заверещал Халк.

О, боже мой! Я совсем не учел местной специфики. Ведь любовником Ланковского скорее всего был он. Вот что значит в спешке сочинять легенду.

– Я подробностей не знаю, но фотографию мне моя баба показывала, – сохраняя спокойствие, продолжил я. – Ланковский и ее брат в обнимку.

– Где фотография?! – Халк готов был схватить меня за горло, но неприметный остановил его властным движением руки.

– При себе нет. Если хочешь, потом привезу, подарю… Легче станет? – сочувственно произнес я.

Халк не сдержался и ударил меня своей пудовой ножищей. К счастью, я успел отскочить в сторону. В мои планы входила лишь беседа, но никак не мордобой.

– Отставить! – по-военному скомандовал неприметный, и Халк подчинился ему. – Сядь! – рявкнул мент уже мне.

Ничего не оставалось, как подчиниться.

– Твои документы! – потребовал неприметный.

Я протянул ему просроченное удостоверение Союза кинематографистов. Неприметный бегло просмотрел его и швырнул мне обратно.

– Мне плевать, кто ты, – глядя мне в глаза своими оловянными, ничего не выражающими очами, заговорил он. – Но я хочу знать, зачем тебе нужен Ланковский. И не рассказывай мне сказок о пропавшем братце!

– Да я правду говорю, – убирая удостоверение, отозвался я. – Брат моей сестры… Тьфу, перепутал, не сестры, а невесты…

– Значит, так! – резко оборвал меня неприметный. – У меня мало времени! Сейчас ты подробно рассказываешь, зачем пришел сюда и что тебе до погибшего Гоши.

– Вы же не верите…

– Все, я ухожу! – Неприметный направился к двери и, уже открыв ее, кивнул своим: – Вернусь через полчаса.

Явара незаметным для гей-фашистов образом уже лежала в моей руке и была готова к бою. Тем не менее я предпринял последнюю попытку решить дело миром.

– Ваш начальник совершает ошибку, – сказал я.

– Он – да, а вот я – нет! – торжественно произнес директор-администратор, оставшийся за старшего.