Пилигрим

***

Прыжок из предела Роша, это головная боль любого звездолетчика, будь то новичок или прожженый космическими лучами старый звездный волк.

Человек, даже если он трижды Альберт Энштейн, не может одновременно сопоставить в уме математическую вязь трехмерного пространства с четырехмерным подпространством. А И.И. это всего лишь сверхумный компьютер, совершающий миллиарды операций в секунду.

И только взаимодействие человека и компьютера, позволяет совершить точный расчет. Все данные по условиям прыжка, предоставляет И.

И. капитан корабля. Он и отвечает за все, что произойдет после.

А эти проклятые данные, включают в себя десятки, если не сотни переменных. Напряженность силовых полей, изменение направления гравитационных волн, силу солнечного ветра и прочее, и прочее, и прочее…

От их верности зависит и точность гиперпрыжка. Даже небольшая погрешность, в какую-нибудь миллионную долю после запятой, может забросить вас в такую дыру, выбираться из которой вам придется долгие годы, если вообще выберетесь.

В галактике есть места, где недостаточно солнечной энергии, чтобы напоить, подпространственные конденсаторы. Вот и придется десятилетия лететь до ближайшей звезды на досветовых!

Правда установленные на «Пеликане» «рефлекторы Ланье», используют силу гравитации и могут ускоряться до 0.98 скорости света, но этого все равно слишком мало для межзвездных перелетов. Медленно и эффект «искажения времени». На корабле пройдет год, а в точке прибытия лет тридцать!

Но может случиться самое худшее.

Корабль выйдет в привычный космос внутри планеты или звезды. И тогда единственная музыка, которая вам нужна – «Траурный марш» Шопена.

Вот поэтому, я и Спин С-цин, трудились все эти «свободные» дни на благо И.И. «Пеликана». Мы сопоставляли малейшие изменения в гравитационных и силовых полях Прокрустова ложа, силу солнечного ветра Седы, и загружали этот колоссальный объем данных в компьютер крейсера.

Трудился в основном я, из Спина астрофизик, как из бегемота балерина.

Зато психолог он отменный. И вот пока я, как заведенный мотался по всему кораблю, от прибора к прибору снимая данные и вводя их в И. И., мой любезный компаньон сидел у меня на шее, вцепившись коготками в комбинезон, и следил за моим душевным равновесием.

И надо сказать, благодаря ему, чувствовал я себя отменно, не ощущая ни усталости, ни дискомфорта. Ох уж эти симбиоты С-Цины, они и мертвого заставят чувствовать себя живее всех живых.