S-T-I-K-S. Брат во Христе

Со всеми нами такое было вначале, – поддержал Рэба Сапер. – Акклиматизация.

Мотор скинул рюкзак и достал из него шоколадный батончик и кусок сала, завернутого в бумагу. Приложил обертку к носу и с удовольствием вдохнул.

– А – а– а-а! Чистая энергия и серотонин. Мы называем комбинацию сала и шоколада «салом в шоколаде». Это – как пинок под зад. Не было сил, и тут – бац! – хоть землю поднимай, была бы точка опоры. Рубай по-быстрому.

– Мне неудобно есть ваше. – Рэб только сейчас сообразил, что мог бы забрать из дома продукты.

– У нас и твоего достаточно. Не терзай совесть, ешь. У нас каждая секунда на счету. Твой кластер через час перезагрузится, и сюда снова волчьими тропами повалит нечисть.

Рэб откусил кусок сала и, недолго жуя, проглотил его. Организм довольно отреагировал на еду. Завывания в желудке стали еще громче.

– Человек-оркестр, – пошутил Сапер.

– Мы… куда идем? – спросил с полным ртом Рэб.

– В стаб – стабильный кластер. Там можно сбагрить барахлишко, разжиться патронами, узнать, что почем.

Улей – такой быстроменяющийся мир, что надо держать ухо востро. Слушать, о чем шушукаются за соседним столом, и, если придется, платить за информацию.

– А здесь есть города, страны?

Все мужики из отряда разом усмехнулись.

– Здесь есть все, что хочешь, и в таком невообразимом смешении, что лучше не задаваться вопросами, как это происходит, как это работает, – лучше сразу принять этот мир таким, какой он есть. Ответа никто не даст. Есть места, где высоколобые парни пытаются найти ответ.

Как найдут, мы все отправимся домой. Это отличная Вера, и она придает нам сил.

– Но должен же быть у этого какой-то смысл? Здесь есть старожилы?

– Я здесь чуть больше года и считаюсь старожилом, – ответил Мотор. – Бугай – чуть больше. Сапер и Глобус – по полгода, и они уже считаются матерыми. Неделя в Улье для новичка – крайний срок. За нее отсеиваются девяносто процентов иммунных.

– Это ужасно! Для оправдания таких жертв должна быть достойная цель. – Рэб еще мерил мир старыми категориями.

– Ну да, как войны за Веру, – напомнил ему Глобус.

– Ты сам-то священник по вере или из-за заработка? – неожиданно жестко спросил Мотор.

Вопрос его поверг Рэба в ступор. В миру не принято было задавать такие вопросы в лоб. Окружающие видели, что их батюшка не бедствует, промеж собой судачили о его богатствах, но напрямую никогда не высказывали претензий. Совсем наоборот – жертвовали деньги при всяком удобном случае.

– Можешь не отвечать.