Я стираю свою тень. Книга 3

– Так, так, ну вот, температуры тел наших пациентов приближаются к жизненному уровню. Ещё немного, и мы дадим разряд для активации нервных импульсов.

– Нейроинтерфейс не сгорит?

– Не должен. У него защита. В любом случае он самовосстанавливающийся, нужно только подождать.

– А с другой стороны в ближайшие годы он нам без надобности.

– Вы не собираетесь возвращаться домой?

– Собираюсь, как раз туда я и собираюсь.

В глазах вспыхнуло, мышцы тела на мгновение скрутило спазмом в стальные канаты, потом резко отпустило.

Я сделал непроизвольный вдох и понял, что полностью вернулся в собственное тело. Открыл глаза и увидел запотевшую стеклянную крышку в двадцати сантиметрах от носа. Я попытался стереть конденсат рукой, но рука почти не повиновалась мне, вихляясь, как сосиска. Вместо того чтобы вытереть стекло, угодил ею себе по носу. От боли брызнули слёзы из глаз.

В этот момент крышка поднялась и надо мной склонились Айрис и какой-то мужчина с пробором посередине, делающим его похожим на циркового шимпанзе.

– Он плачет, – испуганно произнесла Айрис, заметив мои слёзы.

– От счастья, видимо, – сказал мужик с пробором. – Так бывает.

– Иве. – Я попытался произнести «привет», но мой речевой аппарат оказался не готов к работе, и слово ушло в нос.

– Лежи, Гордей, набирайся сил. – Айрис погладила меня по щеке. – Сколько времени это займёт? – спросила она у доктора.

– Два часа, не больше, а потом сразу в капсулу, – ответил тот.

– Ну вот, дорогой, осталось немного потерпеть, и мы снова будем вместе.

– Оохо. – Это было моё «хорошо». – Оаые де?

– Остальные? Лежат рядом, размораживаются. Все здесь, никого не забыли.

– Оохо. – Я закрыл глаза, сконцентрировавшись на приятных ощущениях тепла и силы, разливающихся по телу.

И тут я вспомнил, что Айрис напоила нас каким-то зельем, от которого мы все вырубились. Этот момент воспоминаний напряг меня, заставив поразмышлять над её поступком.

Она не убила нас, следовательно, поступила с нами так ради нашей пользы. Сомнительный приём, плюс эта криокамера, в которой мы провалялись неизвестно сколько времени. Я вспомнил сны. Кое-как откинул ворот накидки, в которую действительно был одет, и увидел свежий шрам на груди.

Значит, пока я лежал в замороженном состоянии, из меня извлекли мину, заложенную Джанбобом. Так вот к чему нужны были эти манипуляции с зельем и заморозкой.