Император

Я, вон, кочергу прихватил, – говорил третий. – Дам по хребту этому вору – и позвонки в штаны выспятся.

– Поставьте быстро его на место, – указала девушка, на опрокинутый стул, с которого она так резво соскочила.

Едва я это сделал, как оказался в полной темноте. Девушка задула огарок, лишь искорка фитилька ещё краснела. Вдруг почувствовал, как тонкие, жёсткие пальцы схватили меня под локоть и потянули в библиотеку.

– Скорей же! – шёпотом требовала она, впихнула моё тело в нишу между книжным шкафом и окном, туда же юркнула следом и закрылась портьерой.

Она невольно прижалась ко мне, и я ощутил грудью и животом её горячую узкую спину, теснившую меня все глубже в нишу, пока я не упёрся в холодную стенку. Скулу щекотали локоны, выбившиеся из-под ночного чепца. Я вдохнул волнующий запах: как будто топлёное молоко с примесью цветочного аромата, и лицо моё запылало, а сердце забилось часто-часто. Что со мной твориться? – спрашивал я себя, чувствуя, как распирает грудь от нехватки воздуха. Я пытался успокоиться, но никак не мог. Этот запах, обжигающее прикосновение лишало меня воли.

– Нет здесь никого, – произнёс разочарованно мужчина, который с кочергой. – Все на месте. Окна закрыты.

– Кто же тогда грохотал? – не унималась женщина. – Проверь-ка в библиотеке.

Я почувствовал, как девушка ещё сильнее вжалась в меня. Её тело мелко дрожало, под тонким шёлковым пеньюаром. Я очень осторожно обнял узкий стан, почувствовав маленький упругий животик. Её коса выпросталась из-под чепца, и пушистая кисточка упала на мой локоть.

– Не ходите туда, ради бога, – взмолился первый мужчина. – Там барин отдыхает.

– Какой барин? – удивилась женщина. – Сдурел что ли?

– Говорю вам, буквально полчаса назад приехал Пётр Алексеевич с товарищем.

– Чего же ты раньше молчал? – перешла на яростный шёпот женщина. – Пошли, пошли вон отсюда.

Хлопнула дверь, щёлкнул ключ, вращаясь в замке.

Я стоял, затаив дыхание, но не от страха, а от неудобного положения. Весь взмок от мысли, что совершаю что-то противозаконное, грешное.

Держу в объятиях хрупкую, горячую, трепещущую девушку, незнакомую, вовсе не принадлежащую мне. Но и она тоже стояла тихо и не шевелилась.

Вдруг девушка напряглась, больно ущипнула меня за руку и выскользнула из объятий:

– Вы как посмели ко мне прикасаться? – гневно взвизгнула она.

– Простите. Но вы же сами меня сюда запихнули, – попытался оправдываться я, вылезая из укрытия.

– Ах, я ещё виновата? – негодовала девушка.