Треба

– А тебе как здесь? Боялась ведь поначалу ехать.

– Ещё точно не разобралась, но мне кажется, начинаю влюбляться.

Фраза прозвучала неопределённо, и благодаря этой двусмысленности всё внутри меня затрепетало и запрыгало. Похоже, Лена это и сама поняла. Отвернувшись, начала всматриваться в горизонт.

– Мне кажется, или вон там, далеко-далеко, плывет парусник?

– Кажется. Это сторожевик возвращается в Балаклаву.

– Это ещё что?

– Ракетный крейсер пограничников. Тут ведь их база.

– Прямо в скале? Та, которую мы проезжали?

– Не совсем, но близко от неё.

Сзади, со стороны «кухни» послышались шаги, появился Дуче.

– Как дела? Не замёрзли ещё?

– Нет, все в порядке.

– Скоро будет объявлена дегустация. Не задерживайтесь.

– Непременно.

Шаги удалились. Где-то недалеко от нас раздались возмущённые крики чаек.

– Вот скажи мне, историк. Ты же изучал разные страны, народы?

– Да.

– Что нас ждёт? Страну нашу, в смысле.

– Дай подумать. Вопрос тяжелый, но более-менее предсказуемый.

В ближайшем будущем, не знаю когда – десять лет, или двадцать… Будет война против ислама. Не какого-то определённого государства против кого-то. А война религий в принципе. Но без ядерных ракет. Потому что напоминать будет гражданскую войну. Враг внутри, мы сами его давно впустили. Кварталы пойдут на кварталы, поножовщина и выстрелы прямо на лестничных клетках. Танки на улицы выводить бесполезно – их можно взорвать из любого окна. Как водится, поймут это после груды уже сожжённых машин. Правительство не справляется, полыхают один город за другим. Все армейские объекты под усиленной охраной. Для наведения порядка на остальной территории сил явно недостаточно. Все утонет в крови.

– Бррр, ужас какой. И кто победит?

– Не знаю. Но современная цивилизация в теперешнем виде и понимании, исчезнет навсегда. Как исчезали другие. Любые, самые развитые и сильные, всегда падали от нашествия варваров.

– Не может быть. Нам обязательно помогут. Евросоюз. Ну, или Америка.

– Ни за что.

Запомни, никто не вступает в войны из благих побуждений. Каждая из противоборствующих сторон хочет только одного – урвать от противника как можно больше.

– А варвары – это кто?

– Люди, не обременённые ложными постулатами терпимости и равенства. Которые, занося кулак, бьют как можно сильнее, не задумываясь о душевных и физических страданиях жертвы в будущем.

Лена задумалась.

– А кто лучше? Мы или они?

– Никто. У нас один мир, у них другой.