Мутант

Батя, державшийся молодцом лет до семидесяти, сильно сдал и мои более молодые руки в доме были не лишними. Но не сидеть же у него на шее – пенсия не безразмерная, а остатки моих средств подошли к концу ещё вчера, если не позавчера. Большие города стали мне чужими, а в родном маленьком с работой было вот так – тысяч 12—15 в сезон. Куда ни сунься, одно и то же. Какие уж тут эмоции…

Хотя сама по себе работа в дорожном строительстве мне нравилась – когда-то, ещё молодым парнем, я в таком же ДРСУ насобачился лихо закатывать асфальт, и неплохо по тем временам зарабатывал.

И официально, и, скажем так, сверхурочно. Вспомнить молодость? Почему нет, если попалось такое объявление в газете и меня взяли на работу?

Однако сесть на каток мне не удалось. Главный и единственный в ДРСУ механик Паша, крепкий мужик моих примерно лет, у которого деревенское детство написано было на лице, без обиняков в первый же день предложил мне стать экскаваторщиком.

– Понимаешь, найти сейчас толкового экскаваторщика – проблема, – развёл он базар, пока вёл меня к первому рабочему месту – мастерским.

«Ага, пойдёт к вам на 15 тысяч толковый экскаваторщик, – мысленно усмехнулся я. – Тут уж что уж, как не понять».

– … а работа получше, чем на катке. Экскаваторов в городе всего два. А надо кому-то котлован под дом выкопать, кому-то ещё что – в общем, дело прибыльное. Заказы я сам найду, твоё дело – работать. А это реальная денежка, понимаешь?

Я понимал.

Когда в молодости работал на катке, было то же самое. Кому-то надо было двор заасфальтировать, кому-то возле двора… И это была тоже денежка. Лёха Рубан, бугор бригады алкашей, к которой меня с катком временно прикрепили, заказы искал сам и честно отстёгивал мне мою долю. Даже когда я ничего не делал, а ему удавалось пихнуть налево машину асфальта, он приносил полагавшуюся мне купюру и молча клал в карман рубашки. А уж когда левых заказов не было, а асфальт был, мы благоустраивали городские тротуары, школьные дворы и прочие общественные места за зарплату и премию. Так что в принципе я готов был и котлованы рыть, если надо. Проблема была в том, что на экскаваторе я даже в кабине ни разу не сидел.

– Да ты не переживай, научим! – светился оптимизмом Павел Александрович, как его уважительно в глаза называли рабочие.

В общем, я согласился. Оказалось, что есть и вторая проблема: экскаватор не на ходу. Мягко говоря.