За день до послезавтра

Паксил, может быть, мапротилин. Сейчас буду звонить по своим девочкам. Дурацкая тревога без причины… Уж это я как-нибудь вылечу. Во всяком случае – попробую.

Январь

Центральная идея каждого плана, составляющая его сущность, должна быть проста.

    Пауль фон Гинденбург

Выбрать для операции более паршивую неделю было бы сложно. К утру мороз чуточку спал, но все равно было не меньше –8° Цельсия, и дыхание оседало на воротниках утепленных курток белыми хлопьями. Ветер в лесу не слишком чувствовался, но когда они вышли на опушку, он тут же продул плотную ткань насквозь.

– Гадость, – произнес Турпал на родном языке. – Ненавижу…

Он видывал снег и раньше, и даже много, но все это было не так, как здесь. И дома, и в Грузии снег никогда не пропитывал землю в глубину – просто красил. Отдельные крупинки пересыпались под ногами, как крошки сухарей, лезли в швы одежды, и в детстве это всегда радовало. Здесь же снега было слишком много. Он был везде. Россия, что еще сказать… Север.

Группа вытянулась с места ночевки аккуратной, ровной цепочкой. Головной дозор – пара бойцов, выдвинувшихся на пять десятков метров; силуэты крадущихся едва видны среди стволов лысых сосен. Тыловой дозор – один человек, задачей которого является больше слушать, чем смотреть. Еще по одному – по сторонам, опытные, надежные бойцы. В центре ядро – шесть человек, включая командира группы. Теперь у них, хвала Аллаху, было оружие. До вчерашнего дня Турпал чувствовал себя просто как голый и знал, что эти его ощущения разделяют все без исключения товарищи по делу.

«Турпал» на многих южных языках означало «герой», «атлет», и он действительно не затруднился бы скрутить одного-двух врагов голыми руками, а потом забить их насмерть, но сейчас был не тот случай. Распирающие шерстяной свитер мышцы не имели значения по сравнению с мощью, которая пряталась в каждом латунном цилиндрике патрона, в каждой гранате.

– Время?

– Нормально.

Турпалу даже не понадобилось смотреть на часы.

Он знал, что они идут с хорошим запасом. Впрочем, ускориться действительно можно. Марш-бросок по лесу не согрел его как следует, а впереди еще как минимум час ожидания на месте.

– Мерзнешь?

Он покосился на товарища, но ничего не сказал, только усмехнулся. Мороз и ветер насквозь пробивали все, что было на нем надето. И ему еще повезло – теплая форменная куртка русской армии была лучше, чем хваленые «Полярные Щиты», надетые на большинстве бойцов.