Ведьма

Во всяком случае, никто из предыдущих экстрасенсов не обратил на него внимания.

Наконец подошел ассистент режиссера.

– Что-то не так?

Михаил, не поворачиваясь к нему, кивнул.

– Что именно?

Михаил указал рукой на дверь в углу ангара. Ее не было видно из центра зала из-за ящиков и прочего телевизионного оборудования, но стоило сделать несколько лишних шагов – и здесь эта дверь просто «вопила»! Почему никто из этих шаманов ничего не почувствовал?!

– Что находится за этой дверью? – спросил Миша.

Ассистент пожал плечами:

– Ну, там подсобка, коридоры какие-то, я туда не заходил.

Михаил снова кивнул – дескать, я так и думал. Он повернулся к парню:

– Позовите охрану… Есть у вас охрана или кто-нибудь в этом роде?

Парнишка развел руками. В это время у него зашипела висевшая на шее маленькая переносная рация.

– Синица, что там за самобичевания на заднем плане?! Алле, прием, слышишь меня?

Парнишка взял рацию.

– Да, Марин, слышу. У нас тут… – Он вопросительно посмотрел на Михаила.

Тот кивнул. – Мариш, у нас тут проблемы. Вышли кого-нибудь из охраны.

– Чего?! У нас следующий участник на старте, что стряслось опять?

– Не знаю, но нужны люди… Тут вот Михаил…

– Да я вижу, что там Михаил! Дай ему трубу!

Синица снял с шеи матюгальник и передал его Мишке. Тот не стал делать длинные предисловия.

– Скажите, Марина, кто-нибудь из вашего персонала посещал подсобные помещения в этом цехе?

Садовская помолчала, потом фыркнула:

– Я лично там не бывала.

А что?

Михаил выдержал театральную паузу. Что ж, вы решили устроить тут шоу, будет вам все в соответствии с законами жанра.

– Миша, я вас не слышу!

И он ответил. Медленно и отчетливо, чтобы все слышали:

– В подсобных помещениях – труп. И он еще теплый.

10. К черту сантименты!

Следов насильственной смерти на теле Ирины Королевой не обнаружили. Михаил был прав: молодая женщина умерла от сердечного приступа, или, как говорят в таких случаях, «скончалась от разрыва сердца».

Чего она могла так сильно испугаться здесь, в этом заброшенном коридоре, в перерыве между выполнением своих обычных обязанностей, никто сказать, разумеется, не мог. И лишь Михаил Поречников немного пролил свет на это темное дело.

– Она была сильно взволнована с самого начала, – сказал он оперативникам, обследовавшим коридор. – Я это увидел сразу.

Мариша Садовская в стороне нервно курила свои противные ментоловые сигареты. Весь коридор провонял дымом.