Симбиот

Сашка купался в волнах бесконечной божественной любви бесконечно долго. Его охватило ощущение безмерного покоя. Вся его предыдущая жизнь с её переживаниями, проблемами, эмоциями ушла куда-то очень далеко, настолько далеко, что казалось – проблем и забот не было вообще никогда. А было только это – ощущение безмерной божественной любви и покоя....

…Красно-желтый шар далекого и холодного светила коснулся изломанной верхней грани дальнего горного хребта, на долю минуты замер, зацепившись круглым боком за рваные выступы белых вершин, но вскоре прорвался через острые грани камней, провалился вниз, в хребет, чтобы вновь появиться уже утром, с противоположной стороны – там, где далеко-далеко темнеет большая и плоская долина, вольно раскинувшаяся между двумя белоголовыми горными хребтами.

Ташша несколько раз прострелила теплый воздух раздвоенным язычком. Прохладный воздух предгорий сегодня вновь содержал в себе мало информации, но Ташша знала – из долины ветер иногда заносит запах листвы и цветов, и ощущать эти ароматы лета и тепла кончиком своего языка женщине-змее было очень приятно.

Запахи из долины – это едва ли не все, что осталось ей от того периода, когда она была молода, хороша собой и главное – беззаботна.

"Ночь опять будет холодной"! – безошибочно определила Ташша, поёжившись от ледяной воздушной струи, сползшей вниз с одной из горных вершин и коснувшейся её тела. – "С каждым годом ночи становятся все холоднее и холоднее. Правители говорят, что это – следствие изменения климата, вызванного умиранием нашего светила.

А я думаю, что мы все просто стареем, наша кровь становится все холоднее и холоднее и оттого мы теперь мерзнем намного сильнее, чем тогда, когда наша кожа была черной и гладкой, а не серой и потрескавшейся.

Однако, вполне возможно, что наши Правители не лгут нам. Уже много лет наши женщины не могут рожать здоровых детей. Молодые змейки появляются очень редко, причем многие их тех, кто родился в долинах, появляются слабыми, хилыми, долго не живут.

Правители говорят, что во всем виноват Он, Сат – Бог-светило, Бог-Создатель.

Может быть, так оно и есть. А может – и нет.

Для моего ремесла лучше, чтобы Бог не был виноват ни в чем".

Ташша постояла еще немного времени на пороге своей хижины, задумчиво глядя на светлое пятно на западе, толкнула внутрь прочную толстую дверь.

За мощной, обитой стальными полосами воротиной начинался длинный и узкий проход.