Нефрит

Опять мне пришлось ждать, я хотел было уже сам зайти в калитку – может, припугну собак и пройду, – но, взглянув на заходившихся лаем псов, передумал.

Наконец стукнула дверь, и пьяный, хриплый со сна голос позвал:

– Коля. Гурулёв. Ты там, что ли?

– Да я это, я!

– Сейчас собак придержу, заходи. Если, бутылка есть, конечно.

Он пьяно хохотнул своей шутке, крыльцо заскрипело, и раздались маты. Мишка разгонял собак. Я вздохнул, с пьяным Номоконовым иметь дела мне не хотелось, но деваться некуда, он у меня один здесь близкий знакомый.

К тому же должник.

Мы сидели за столом, я, Мишка и его подруга Люба, на вид гораздо старше Мишки. Но тут в деревне, я думаю, выбор небольшой, так что не до жиру. На столе стояла только что открытая бутылка какой-то непонятной водки, я думаю, что-то самодельное, как здесь называют, самокат. Водку купили на мои деньги, Люба за десять минут сбегала к кому-то и вернулась уже с этой бутылкой. Мишка просил купить сразу две, но я наотрез отказался давать деньги на вторую.

– Как только сделаем дело, сразу дам хоть на ящик. Пей, пока белочка не придет.

С Мишкой Номоконовым судьба свела нас в детстве. Первый раз мы встретились в драке, в которой оба оказались с разбитыми носами. Я до сих пор помню, как маленький чернявый пацан, размазывая кровавые сопли, раз за разом кидается на меня. Я тоже уже почти обессилел, и, вытирая такие же сопли, вяло отбиваюсь от него.

Драка сначала была массовой – в сентябре мы, местные поселковые, всегда ходили учить жизни новый интернатский заезд, – но, как обычно, развалилась на схватки один на один.

Когда мне достался невысокий худенький метис, я думал, быстро уделаю его – все-таки гурулёвская порода дала мне хороший рост и силу. Но драться пришлось до полного изнеможения, пацан, даже сбитый с ног и прижатый к земле, никак не сдавался. Растащили нас уже после того, как все закончилось и все жали друг другу руки. Так бы и остались мы знакомы только по разбитым носам, но этой же осенью случай опять свел нас.

Было начало ноября, время, когда мороз уже сковал молодым тонким льдом озера и реки на медленных заводях, но снег их еще не покрыл.

Зимы в наших краях малоснежные, так что белой земля становится только в декабре. В это время развлечение – показывая свою удаль, покататься по скользкому новенькому льду в двух шагах от парящей полыньи. Вот там мы и встретились случайно вновь. Оба – и он, и я – сбежали с уроков и вместо скучных занятий решили побегать, покататься по льду.