Гимгилимы-2: С надеждой на возвращение!

– То, что ты в баре будешь сидеть в роли чучела, я не сомневаюсь, – сказал Михудор. – А потому скидку, тем более половинную, не дам.

– Ты бар сначала построй, а потом другу скидки не давай, – заметил Гумбалдун.

Мясник войны вскинул шестизарядник, но Ретрублен остановил его.

– Не жадничай, нам хватит, – сказал охотник, кивнув на добычу. – Лучше в воздух стрельни, а Михудор попробует подбить.

– Стрелять в воздух? – Гумбалдун возмутился до глубины души. – Я никогда не трачу патроны впустую!

– Ага, стрелять в горшок на медьебнской башке – не пустая трата, – напомнил Ретрублен и выстрелил сам.

– То для веселья, – сказал Гумбалдун, и тоже выстрелил.

Михудор уже перестал считать свои промахи. В конце концов, птицы, уставшие от стрельбы назойливых двуногих существ, лениво полетели на юг. Ретрублен решил, что зря он хвалил землянина, но Михудор не уступал, пока следопыт не согласился поискать новое место, где кормятся вислобрюхи.

На новом месте старания Михудора окупились. Один вислобрюх рухнул с перебитой шеей, второго Михудор подстрелил в бок.

Гумбалдун подпрыгнул от радости за успехи товарища, Ретрублен безразлично похвалил:

– Неплохо. Излишки мяса отдадим медьебнам.

Михудор не питал иллюзий по поводу своих более чем скромных навыков стрелка, но небольшая удача подняла настроение. Добыча приятно оттягивала плечо, а ружье лежало в руке иначе, привычнее.

У однопалаточного лагеря их ждал Камнеголовый.

– Ух-уух, эх-ээх, – сказал он Ретрублену.

– Эх-ээх, ух-уух, – ответил вождю Ретрублен.

Коротко поговорив с охотником, Камнеголовый пошёл восвояси. Он был трезв и бодр, хотя вчера вечером несколько раз выходил из вождедома голышом в почти невменяемом состоянии. И срывал он широкий мясистый лист с порядком ободранного куста, и знатно блевал, и, не сходя с места, садился на карачки, и справлял большую нужду, и подтирался листом, и выпрямлялся, и скрывался в вождедоме, маятником шатаясь. Гумбалдуна в медьебнах поражали две способности: умение мгновенно трезветь и умение не болеть по утрам после бурных возлияний.

Первая ужасала его, а вторая вызывала зависть. Мясник всерьёз подумывал остаться в деревне на круг-другой. Племенная жизнь казалась ему идеальной.

– Вождь напомнил, что завтра идём на пустожадов, – сказал Ретрублен. – Колдун с нами на охоту напросился. Для удачи.

– Колдун на охоте приносит удачу? – спросил Михудор.

– Возможно, и приносит, – задумчиво проговорил великан, – только самому себе.