Богдан Хмельницкий. Искушение

Только потом не обижайтесь, ежели православный люд не заступится за вас, когда погромы начнутся. Вот тогда не зовите казачков на защиту. Все, говорить больше не о чем. Не смею вас больше задерживать, – обладатель грозного голоса сказал как отрезал.

Илларион отдалился от двери и схоронился в темном углу. Через минуту из комнаты вышли трое – судя по одеждам, иудейские торговцы, которых в Чернобыле на тот момент было немало. Они прошли мимо Добродумова, не заметив его темный кожух за дверью. Подождав некоторое время, пока стихнут голоса торговцев, Илларион покинул свое укрытие и осторожно вошел к полковнику.

Комната была богато украшена коврами, на которых висели сабли и пистоли. Пан Станислав Михаль Кричевский сидел в большом кресле за длинным столом, накрытым шитой красным скатертью, подперев голову мощным кулаком. Судя по всему, тяжкая дума мучила полковника.

– Доброго дня, пан полковник! Знаю, какая печаль тебя мучит, и знаю, как тебе помочь, – произнес, подойдя к казаку, паломник.

– Ты кто такой и откуда здесь взялся? Как тебя моя охрана сюда пропустила, попрошайка?! – от неожиданности полковник даже вскочил с кресла.

– Я послушник Донского монастыря, из Московии. Второй год скитаюсь по святым местам перед постригом. Много повидал, со многими людьми довелось свидеться. Сейчас вот из Иерусалима от самого Паисия возвращаюсь. Важную весть от него несу земляку вашему, чигиринскому сотнику Богдану Хмельницкому.

Может, знаете его, вельмошановный пан полковник?

– Как не знать? То кум мой, знатный казак, рубака, щляхетный и образованный пан. А ты откуда о нем знаешь? И что ты там о помощи мне говорил? – уже заинтересованно и спокойно спросил у странника Кричевский.

– Знаю я и про печаль твою. Едешь ты от Владислава IV, а в кармане у тебя письма к реестровым казакам, в которых король польский просит их встать на его сторону против крымского хана – вассала турецкого султана. За это Владислав пообещал большие деньги заплатить, но только после военной кампании.

Шляхетное панство Речи Посполитой не хочет давать денег на причуды короля. Вот тебе и нужно казаков на татар подымать. А для этого братчиков-казаков нужно обуть, одеть, пистоли да сабли закупить, порохом запастись. Да и конница ваша нынче слаба… Одним словом, деньги сейчас казакам нужны, а брать их негде. Да и торговцы жидовские не хотят больше давать вам в долг.