Век испытаний

– О-о-о-о! Все уже тут! – Сталин вошёл в столовую, где был накрыт ужин на всех членов семьи.

– Идите-ка сюда, мои юные друзья! – Светочка висела на его правой ноге, стоя на сапоге и не давала отцу сделать следующий шаг.

Васька с Артёмом сорвались с места как по команде, тоже попав в его объятия. Сталин не приезжал уже больше месяца, и они успели порядком соскучиться. Всё же вечер с ним – это была редкость и почти праздник.

За ужином Иосиф Виссарионович больше молчал, Васька и Светочка тарахтели наперебой о новой собаке, воздушном змее и прочих своих новостях, а Томик иногда вставлял свои реплики, подчёркивая эффектность их выступления.

Этот гомон явно доставлял ему удовольствие, как всякому человеку, – смена вида деятельности. Сегодня он мог думать о таких заботах, каких он точно не ведал последний месяц: к примеру, что, оказывается, папиросная бумага – она очень легко рвётся. И очень срочно нужно прислать рулон, потому что змей, когда цепляется за ветки хвостом, потом непременно валится на землю и от удара рамку ведёт в стороны. А бумага рвётся. А если её заклеить заплаткой, то змей становится тяжелее и каждый раз взлетает всё хуже.

– Василий! – когда отец обращался к нему в такой официальной форме – это не сулило ничего хорошего.

«Началось…» – с тоской подумал Томик и вжался в стул.

Васька продолжал есть свой любимый лимон без сахара, как будто в комнате был ещё один Васька и отец обращается не к нему.

– Василий, объясни мне один вопрос! – более требовательно обратился к сыну Сталин.

– Да, пап! – совершенно благоразумно в этот раз отреагировал Васька.

– Василий, зачем тебе дробовик?

Васька отвесил отцу вопросительный взгляд такой эмоциональной силы, что стало понятно: опять взрослые не понимают ничего в жизни.

– Па… Ну как зачем? Самолёты сбивать.

– Васька! – Сталин улыбнулся, услышав такой непосредственный ответ. – Это ты писал?

Отец достал записку на клетчатой бумаге, исполненную таким аккуратным почерком, что можно было за контрольную сдавать, и стал читать:

– «…Я просил вас привезти дробовик, но вы этого не сделали, прошу повторно – привезите мне дробовик…» Васька Красный, отвечай, что задумал!

Эту записку на неделе Васька передал охране, отчаявшись уговорить Власика.

– Да что я задумал! Говорю же – самолёты сбивать!

Сталин закинул ногу за ногу и продолжил допрос:

– А если нашего собьёшь? И лётчик погибнет.