Дракон, осторожней с любовью!

Дракон, осторожней с любовью!

Сергей Борисович Куликов

В порывах холодного зимнего ветра сидит у пустого логова молодой дракон. Претерпел он неудачу в борьбе за любовь, и ударило это по его престижу в драконьем мире. Дракон сидит и грустит, а перед внутренним взором разворачиваются события, наполняющие сердце взрослого отголосками переживаний ребёнка. Всплывает в памяти любовь родителей, такая особенная у драконов. Проясняются детали семейных преданий, услышанных от Матери. Тем самым текущие события дополняются воспоминаниями, в свете которых мелькают отблески грозных велений судьбы и порождённых ими битв за счастье.

Всеми силами родители стремились сохранить линию преемства в цепи рождений Властителей Неба. За всё это когда-то в будущем предстоит сразиться, расплачиваясь по счетам из прошлого…

Сергей Куликов

Дракон, осторожней с любовью!

Глава 1. Отчий предел

Предчувствие не обмануло Род’О: кладка оказалась пуста. Запах последней, пятой подруги, которую он ещё надеялся встретить, уже почти выветрился.

Тепло её тела ушло из логова, а с ним буквально испарились девять золотистых овалов. Детей у него в ближайшее время не будет, род прервётся, злой рок победит…

Род’О вздохнул, выпустив струю бледного дыма, подогнул когтистые лапы и постарался разместить их под брюхом так, чтобы холодный зимний ветер с Севера перестал его донимать. Повреждённые врагами крылья уныло сложились домиком над рогатой головой. Род’О даже смотреть на одно из них не хотел, так оно было плохо.

Но раны сейчас были не самой серьёзной его проблемой.

Повелитель Долины, обладатель Летнего Кубка, Великий Дракон и прочая, прочая, прочая… Сейчас он был лишь побитый жизнью, согбенный неудачник, о которого ноги мог вытереть едва ли не любой из тех людишек, которые совсем недавно с трепетом приносили дань на вершину горы Зарока.

Род’О вздохнул ещё раз. В глотке опасно заклокотало, словно вечное пламя, жившее в ней с Первой Охоты, готово было иссякнуть.

«Неужели это конец? – печально подумал дракон. – А как хорошо начиналось всё в детстве, хотя и там было разное, если верить рассказам Матери. Вернись же на миг в мою грустную зимнюю историю тепло родительской любви! Я буду осторожен хотя бы с твоей памятью, раз в реальности не смог…»

***

– Он уже открыл глазки! Малыш Род’О посмотрел на меня!

Голос величественного Рог’И раскатился по Пещере Рождения.