Музыкальная пауза

Музыкальная пауза

Сергей Борисович Куликов

Мир в возможном будущем умирает, но Максим продолжает тянуться к прекрасному. Он любит слушать музыку, хотя она громкая и может выдать его семью чужакам. Голос разума говорит, что надо оставить увлечение и затаиться. Стоит ли слушаться разума или лучше отдаться на волю чувств?

Сергей Куликов

Музыкальная пауза

В музыке есть нечто волшебное; она заставляет нас верить, что возвышенное принадлежит нам

И. В. Гёте

Скрипнувшая дверь чердака испугала Максима.

От неожиданности он выронил из рук старый цифровой проигрыватель. Тот полетел вниз, ударился о хлам, наваленный на черновой пол, пару раз подскочил, перевернулся и затих в одной из щелей.

– Опять дуришь? – с лёгким присвистом, вырывающимся при произнесении шипящих, проговорил Борис, просовывая голову в дверной проём. – Хватит крутить свои дурацкие визги-писки! Пошли вниз, отец зовёт.

Брат не стал ждать ответа Максима, а прикрыл дверь, скрывшись за ней.

Максим проводил его взглядом, вздохнул и наклонился в поисках проигрывателя. В чердачной полутьме он едва разглядел упавший аппарат, который с таким трудом прятал все эти дни, найдя его в полуразграбленной лавке древностей.

Батарейка проигрывателя ещё тянула, и можно было слушать коллекцию цифровых записей, собранную предыдущим хозяином много-много лет и десятилетий назад. Максиму очень нравился высокий, немного визжащий звук. Как ему объяснила его бесценная Анна, этот звук издавал инструмент под названием «электрогитара».

Не то, чтобы Максим не слышал гитар в прошлом. Просто он не обращал на них внимания: звучит и звучит, а что это и как называется – не столь важно. Раньше было много разных развлечений, сейчас же едва ли не весь мир радостных переживаний свёлся к маленькому чёрному прямоугольнику с миниатюрным дисплеем.

Кроме того, Максиму нравились и эффекты, рождавшиеся при игре других инструментов. Например, под ритмичные удары вторивших гитаре «барабанов» и отрывистые звуки «баса» оказалось очень весело притопывать ногами на привалах.

Можно было изобразить подобие танца перед хохочущей Анной, неумело подражая голосу певца из проигрывателя. «Ещё один в пыли…» – эти слова в одной из песен очень подходили к их нынешнему положению.

Впрочем, не все члены «семьи» ценили увлечение Максима. На правах самого старшего в семью входил названный «отец» Кирилл.