Необходимо и достаточно

На шум из темного коридора вышли трое мужчин. Видимо, Скалозубы. Все трое были одинакового роста, в домашних брюках на широких подтяжках, в одинаковых нательных рубахах, плотно облегающих одинаковые животы. Только возраста они были разного.

– А если взять на попа, – предложил младший, парень лет двадцати.

– На попа не пройдет, – ответил средний, мужчина лет сорока.

– Батя, брось пороть чепуху…

– Это ты кому говоришь? Отцу?

Средний мгновенно побагровел и взялся за подтяжку.

– Надо не на попа, а на бок, – предложил самый старший.

– Дед, слушай… А тебя это совсем не касается. Шел бы ты к себе.

– Куда к себе? К твоему папаше в комнату?

– Это ты кому? Родному сыну? – в ярости пророкотал средний. – У тебя что? Угла нет?

– Угол-то есть, а вот совести у вас нет!

Выбежала маленькая худая женщина, очень похожая на Кирилицыну. Именно с буквой «ы». Запахивая халат, из-под которого виднелась ночная сорочка, закричала:

– Долго я буду терпеть этот балаган?! Домой! Быстро! Вовка! Дмитрий! Вадим Александрыч! Пошли, к чертовой матери, домой!

Скалозубы вздрогнули и ушли.

– Соседи, – извиняясь, проговорила хозяйка. – Вы не обращайте внимания.

– А мы и не обращаем, – ответил Вова Круминьш. Шкаф перевернули на бок и все-таки вытащили на лестницу. Понесли потихоньку вниз. Хозяйка смотрела на Прокушева, и на лице ее была гримаса сострадания. Снизу раздался бабкин голос:

– Полировку, черти! Полировку!

Она возвращалась за очередным кактусом.

– Да какая ж тут полировка, – надрывно отвечал Сорокин.

А бабка все продолжала свое:

– Шкаф новый! Мы его с мужем сразу после войны купили!

Шкаф скрипел, словно старый самолет, попавший в болтанку. Бабка спускалась впереди, и каждый скрип отзывался в ее груди стоном. Ей казалось, что шкафу так же тяжело, как и ей, отрываться от родного дома, где прошла вся жизнь.

Наконец вытащили этого динозавра на улицу, затолкали в фургон. Все трое утерли вспотевшие лица, перевели дух.

– Если бы теперь такие шкафы делали, мы бы давно сидели на пенсии по инвалидности.

Подчиненные засмеялись, а Крутиков высунулся из кабины и добавил:

– Конечно! Кто шкафы-то делает? Алкоголики!

Но тут же спохватился и замолчал – Аленка сидела рядом.

Павлов тем временем без устали таскал мелочь: тумбочки, швейную машинку, телевизор. С одной мелочью – холодильником – ему справиться не удалось.