Мой любимый прокурор

После этого свет потух, и только сейчас опять включился. Ульрих пощупал свой лоб, и обнаружил огромную шишку. Затем приподнялся, и удивленным взглядом окинул окружающий ландшафт. Вокруг простирались бесконечные горы мусора. «Очевидно, на меня напала банда отморозков, – размышлял Ульрих. – Ударили по голове, ограбили, а потом привезли сюда и бросили. Перед этим я наверняка отчаянно защищался! Без сомнения я парочку этих уродов вырубил. А может даже и всех! Хотя, нет. Кто-то же меня сюда притащил! Ага, я понял! К ним подоспела подмога, а я уже к тому моменту изрядно устал, и поэтому не смог справиться со всеми.

Именно так и было!»

Будь у нашего так называемого героя больше времени, он с удовольствием развивал бы свои фантазии аж до позднего вечера. Но времени у него не было, он и так его потерял более чем достаточно, а потому фантазии пришлось отложить. Потом, когда решатся неотложные текущие дела, он непременно дорисует мысленную картину своих героических подвигов.

Ульрих проверил карманы, убедился, что все вещи на месте, абсолютно не удивился этому обстоятельству, поздравил себя с тем, что, как видно, отпор грабителям он дал довольно таки серьезный, учитывая, что они ничего у него не взяли, и, почесывая в затылке, попробовал сообразить, куда же ему направляться, поскольку на городской мусорной свалке он оказался впервые, к тому же не по собственной воле, и в состоянии, при котором запомнить дорогу просто нереально.

Проблуждав по незнакомым окрестностям минут сорок, Ульрих, в конце концов, выбрался на трассу. Только с третьей попытки ему удалось остановить какую-то машину. Его внешний вид мало гармонировал с обликом порядочного интеллигентного человека, а исходящие от него запахи тем паче. И тот сердобольный водитель, который, все-таки, остановился, дабы помочь ближнему своему добраться до пункта назначения, тоже по достоинству оценил замусоленный пиджак молодого человека, оторванные пуговицы на рубашке, а так же торчащую из кармана брюк кожуру от банана. Он любезно предложил пассажиру занять место в кузове, откуда доносилось мелодичное хрюканье двух очаровательных свинок. Ульриху выбирать не приходилось, и он, не говоря ни слова, присоединился к милым животным.

Вот уже несколько часов Мойра сидела на скамейке у фонтана и безучастно слушала бред какого-то типа. Она уже не ждала Ульриха, она поняла, что фокус, как говорится, не удался. Скорей всего этот пижон Молдридж не поверил в те сказки, которыми должна была его нагрузить Сесиль.