Миссия в траве

Он замолкает на несколько секунд, поэтому я никак не могу не перехватить инициативу.

– Что вы имеете в виду? – спрашиваю я. – Нам надо лететь чуть ближе к планете? Или чуть дальше? Или не совершать гиперпрыжок, чтобы сэкономить энергию? Но в таком случае мы будем на базе через несколько тысяч лет, а это не совсем…

– Я имею в виду, – перебивает Апулинафи, – что вы могли бы слетать на Рослин.

– Рослин? – переспрашиваю я. Хочу продолжить, но не могу вымолвить больше ни слова, потому что совершенно не представляю, что такое Рослин и что о нём можно сказать.

– Ну да, – говорит Апулинафи. – Какая вам, собственно, разница – сразу прыгнуть на базу или пару дней провести на Рослине? Разве не здорово – потратить немного своего времени? На пользу обществу, я имею в виду.

– Извините, генерал, – ко мне возвращается способность говорить, – но у нас осталось энергии всего на один гиперпрыжок. У нас заканчиваются продовольствие и лекарства, мы мотаемся по космосу уже почти четыре месяца, и… А где это, собственно – Рослин?

– Квадрат G-114, – отвечает Апулинафи, и уголки его рта поднимаются вверх, будто он улыбается.

– Нет, – отвечаю я. – Но, генерал… Если мы, предположим, отправимся в квадрат G-114, то энергии нам хватит только на прыжок туда. Как мы вернёмся? Или вы пришлёте транспорт?

Апулинафи с монитора смотрит на меня, затем поднимает взгляд вверх, в невидимый мне потолок.

– Я подумаю об этом завтра, – произносит он. – А пока у вас будет небольшое поручение. В этом же и заключается ваша служба, не так ли, ыкс-майор?

Видимо, прошло то время, когда я радовался любым заданиям и тут же бросался их выполнять.

– Что за поручение, генерал? – спрашиваю я. – Свергнуть неугодного правителя? Выявить сеть заговорщиков? Истребить домашних животных? Уничтожить запасы пресной воды?

Апулинафи хмурится и снова смотрит прямо сквозь меня.

– Я не припомню, признаться, чтобы я просил вас уничтожать запасы пресной воды. Остальное было, да, но всё имеет разумные пределы.

– От вас всего можно ожидать, – говорю я, глядя ему в лицо. Но на самом деле это не его лицо, а изображение на мониторе. Пикселы расплываются, горят, жгут глаза. Сам Апулинафи далеко, за много световых лет от меня.