Капкан для германского короля

Сладостные минуты с его Адель на какое-то время вычеркнули из его памяти события сегодняшнего дня, но сейчас перед его глазами вновь встали две сегодняшние встречи – с Карлом Вилигутом и с Карлом Вольфом. «Как забавно, – пронеслось в голове у Франца. – из обоих зовут Карлами…»

– Послушай меня, Франци, – малышка Адель заговорила над его ухом почти шепотом, заговорщическим голосом, – папа собирается открывать в Берлине представительство фирмы. Я сказала ему, что ты остаешься служить при штабе группенфюрера («и это успела его любимая Адель», пронеслось в голове Франца), а он сказал, что раз так, он может тоже использовать свои связи в СС и добиться твоего перевода в Берлин, где ты и возглавишь берлинский филиал! – последнюю фразу малышка Адель произнесла торжествующим, парадным голосом, словно фюрер, завершающий речь на партийном съезде в Нюрнберге.

 – мы будем жить в Берлине, Франци! – радостно воскликнула малышка Адель, потеребив его за плечо. – представь себе, – Адель провела в воздухе рукой, обозначая большой полукруг вывески, – «фирма „Циммерманн и Меллендорф“, торговля недвижимостью, Берлинский филиал». Глаза малышки Адель восторженно сияли в темноте.

В это мгновение Франц окончательно упал духом. Он потупил взгляд. Он хотел служить Германии и фюреру и вовсе не планировал возглавлять никакие филиалы, тем более в Берлине, вдали от родной Баварии.

Адель продолжала радостно верещать над его ухом:

– Первого декабря, в день нашей свадьбы, папа передаст тебе акции половины фирмы! Это будет его свадебный подарок! Ты рад? Франц! – Адель потеребила его за плечо и Франц, очнувшись, посмотрел на невесту.

Чудо, чудо как хороша была она. Он будет самым счастливым из людей, когда сможет обладать ею. Всего три месяца, всего три. Первого декабря он станут… – словно молния пронзила Франца с головы до ног. «Первого декабря!» первого декабря! В день, когда он должен положить Меч Ирмина к подножию памятника в Москве. Как же он мог забыть это? Франц почувствовал, как сам каменеет, словно этот памятник.

– Франци, что случилось? – испуганно позвала Адель.

Франц встрепенулся:

– Ничего, любимая, все в порядке.

Он протянул руки и заключил Адель в свои объятия. Их губы слились в сладком поцелуе. Затем Адель свернулась калачиком на его груди.

– Ты начинаешь служить у группенфюрера через два дня, так?

Франц утвердительно кивнул.

– Тогда сделаем вот что: завтра мы с папой уезжаем к тетке в Мюнхен, а в среду вернемся.