Императорский отбор

Придворные слуги из числа людей вскоре привезли еду и сменную одежду – мне достался черный костюм с жилеткой и белым галстуком, Карине – строгое платье в пол с высоким воротом, белым фартучком и закрытым вуалью декольте.

Перед тем, как одеться, девушка спустилась в погреб и тщательно смыла кровь в бочке с водкой, заодно продезинфицировав раны. Среди солдат нашелся медик, с помощью магии вынул пулю из груди и залечил рану. Я же к тому моменту справился сам и ограничился легкой перевязкой.

Когда наконец-то прибыли сотрудники, я не стал ничего говорить о взбесившейся подруге – как мы с ней заранее и договорились. Велев не уезжать далеко и оставаться на связи, следователь отпустил нас на все четыре стороны, и за полночь мы вернулись во дворец – голодные, злые и смертельно измотанные.

Я отключился, едва лег в кровать, и уже рано утром меня подняли на завтрак, а затем отвели в оперный зал для подведения итогов первого испытания. Несмотря на исцеление и отдых, я все равно выглядел, как побитый потрепанный шакал, а слухи бежали далеко впереди паровоза.

Неудивительно, что каждый второй с любопытством косился вслед, а сопровождающий Альберт молчал с таким видом, словно я предал и растоптал все его идеалы и чаяния.

– Возмутительное безрассудство, – бросил наставник, когда мы заняли места в ложе. – Провалили задание, задержали отбор на двое суток и едва не погибли.

– С чего это я вдруг провалился?

– Да потому, что тебя попросили вынести пять простых вердиктов, а не устраивать весь этот бедлам! Дальний родственник Щедрина погиб, усадьба сгорела, холопы разбежались, делом взбудоражена вся столица, а к императору приковано ненужное внимание.

Молодец, ничего не скажешь.

– Где этот подонок? – донеслось с галерки. – Где этот негодяй?!

– Что ж, – Альберт фыркнул. – Этого стоило ожидать.

К нам, топоча и размахивая кулаками, приближался Руслан Аркадьевич.

Его спутник держался рядом и всеми силами пытался остановить, но толстый помещик с пунцовыми брыльями пер, как паровоз. Я встал и шагнул навстречу, не собираясь раздувать ссору, но визави прекрасно справился и сам. Вместо потока ругани и претензий зарядил такую пощечину, что я как стоял – так и присел обратно в кресло.

– Мерзавец! – претендента мелко трясло, пальцы сжимались и разжимались, а лоб усеяли бисеринки пота.