Императорский отбор

 – Из-за тебя погиб мой троюродный дядюшка! Это дуэль! Слышишь – дуэль!

Агент тайной службы предупредил, что подробности дела засекречены и строго настрого запретил распространяться о деталях. Вдобавок заставил подписать соответствующие документы, так что я при всем желании не мог ответить, что Парамонов слетел с катушек и пытался стать вампиром. Единственное допустимое прикрытие – несчастный случай, повлекший за собой многочисленные жертвы. А еще нам по секрету сказали, что по завершению следственных действий подземелье обрушат, а усадьбу спалят и сравняют с землей.

– Все несколько иначе, чем вы считаете, – я лениво поднялся и пошевелил саднящей челюстью. – Моей вины в произошедшем нет.

– Как же! Задержались дольше положенного, качали права, строили из себя свет знает кого, а потом надрались и устроили пожар! Это ведь в вашей комнате упала лампа! Только не говорите, что сама собой – оставьте хоть капельку чести, чтобы было, что защитить на поединке!

Выпалив это, Руслан удалился.

Мне же оставалось лишь удивиться, сколь быстро разлетаются сплетни, и морально приготовиться к подведению итогов, которые еще вчера отошли на третий план. Меж тем троны под люстрой заняли император с дочкой, а следом на сцену вышла Софья с кожаным планшетом в руке.

– Прошу внимания, – женщина осмотрела зал. – В этой папке – отчеты о первом испытании, и его величеству крайне интересно узнать, какие же решения приняли претенденты в качестве судей. Начнем в порядке подачи документов – и первым справился с заданием господин Гессен.

Немец приосанился и расплылся в надменной ухмылке.

– Господин Гессен рассмотрел пять дел и вынес пять приговоров. Кража курицы – десять плетей. Земельный спор – десять плетей. Обвинение в наведение порчи – десять плетей. Прелюбодеяние – десять плетей. Пьяная драка – десять плетей, – распорядительница не удержалась и вскинула бровь. – А вы, гляжу, поблажек не делаете.

– Закон суров, но это закон, – Герман учтиво поклонился.

– Что ж, идем дальше. Вторым рапорт подал господин Каминский. Он закрыл четыре дела. Первое: прилюдное оскорбление императора… – собравшиеся в возмущении ахнули, – год каторги с конфискацией имущества. По решению сторон, имущество поделили поровну между судьей и помещиком, однако последний выкупил свою долю за неуказанное количество серебра.

Хитрая лисья задница ухмыльнулась, явно пересчитывая барыши.

– Второе: парное обвинение в колдовстве.