Белый и пушистый. Забавные истории о жизни мудрых котов и всяких разных людей…

А чувственные полноватые губы дрожали от страха, страха не за будущее, а за настоящее, потому как Варвара была оптимистка и знала, что неприятности не могут долго продолжаться, как, собственно, и приятности.

Но именно сегодня, впервые в жизни после смерти матери, Варвара не знала, что ей делать дальше. И девушке стало жаль себя. Какое-то невероятное отчаянье и беспредельная жалость к себе любимой охватила Ростопчину, стало так грустно и тошно – хоть жизнь выключай…

Выйдя в таком безнадежно-отчаянном настроении из офисного центра, который находился на территории какого-то давно неработающего завода, Варвара тяжело вздохнула, и тут затуманенный взор девушки уткнулся в огромный баннер социальной рекламы: «Наркотики – выход есть!»

Варвара вымучено улыбнулась: «Наркотики – это выбор хлюпиков и лоботрясов».

И, ничего особенно не изобретая, девушка пустилась в долгий путь к дому, который она обычно она проделывала за час с небольшим, двигаясь сначала на автобусе, потом на метро, а уж в заключительной стадии на трамвае или маршрутке.

Вообще-то Варвара любила гулять по шумным улицам и тихим переулкам пешком, поскольку это было не только полезно и приятно, но и ужасно увлекательно. Для живущих в таком большом и красивом городе – бывшей российской столице, гуляние по улицам превращалось из праздного времяпрепровождения в своеобразную познавательную экскурсию. Причём в роли утомлённого и индифферентного гида, а также пытливого и докучного экскурсанта выступала одна и та же персона: Варвара Ивановна Ростопчина – большой знаток и любитель отечественной истории и истории своего родного города, и просто симпатичная и обаятельная девушка с длинными ногами и большим… запасом знаний.

Впрочем, как говорил кто-то из великих людей: «Большая и красивая грудь может украсить даже умную женщину!»

Блуждая по широким проспектам и плутая по узким улочкам Санкт-Петербурга, Варя забрела на Богословское кладбище, на котором всего три года назад была похоронена её мама.

Посетив могилу матери, дочь не стала, как это было раньше, откровенно разговаривать с покойной, пенять и жаловаться на свою жизнь. Девушка в полном молчании немного посидела на скамейке возле маленького холмика с небольшим каменным памятником, на котором, кроме обычных надписей, типа имени и дат, была высечено всего два слова: «Скорбим… Помним».

После могилы матери, Варя немного в глубоком молчании погуляла по тихим аллеям смиренного кладбища.