Сакрополис. Маг без дара

Причем с самого детства. Как говорил отец – ни ума, ни фантазии. Пожалуй, стоило послушать его еще тогда – двадцать лет назад.

– Если не можете придумать сами – позаимствуйте идею у других. Книги для того и нужны, чтобы делиться мудростью.

Хм… С одной стороны, это плагиат. С другой – сейчас определенно не то время, чтобы бороться за авторские права. Просто интересно, а что сделали бы именитые писатели, если бы оказались на моем месте? Это может стать годным толчком, что сдвинет раздумья с мертвой точки, только сперва надо избавиться от пары крайне отвлекающих факторов.

– Большое спасибо за наводку. Возможно, это сработает. И раз уж ты здесь – будь добра, унеси виски.

– Как прикажете.

Служанка игривой походкой подошла к столу и наклонилась гораздо ниже, чем того требовалось, и мне стоило огромных усилий смотреть на исчерканный лист, а не коситься на вырез.

– Не вижу бутылки… – прошептала Ева.

– А, черт, я же ее в стол убрал.

Сел вполоборота, распахнул дверцу и указал на золоченый поднос. Красавица потянулась к нему, и в этот самый миг в кабинет без стука влетела Алина с перекошенным от гнева лицом. Которое перекосилось еще больше, едва проректор увидела служанку, наклонившуюся практически параллельно столешнице и шарящую рукой в районе моих ног. Оставалось только гадать, как все это выглядело со стороны, и о чем подумала коллега, застукав нас за подобным безобразием.

– Смотрю, вы не очень-то переживаете! – выпалила магистр. – Пообещали британцам двойную норму и думаете, что легко сдержите слово? Да, вы попытались спасти от наказания пять студентов, но в итоге обрекли на смертельную опасность всех остальных! Вы даже не представляете, что полезет из глубин при попытке добыть столько манорода. И я решительно не представляю, как вы собираетесь выпутываться из западни, куда загнали всех нас.

Вслед за ней ушла и Ева, виновато поклонившись на прощание, а я снова остался в гордом одиночестве – без ласки, виски и киски, зато с тревогой, нарастающим унынием и подступающей паникой. И задачей, у которой вряд ли было хотя бы одно позитивное решение.