Выползина

Фёдор находился близко у приоткрытой двери купе. Его ноздри начало неприятно пощипывать, заслезились глаза.

– Фе-дя! Вернись! – зазывала беспечная попутчица. Её перевёрнутая головка маячила в проходе, подметала чёрными волосиками испачканное полотенце половика.

Обескураженный Фёдор сидел в некоем бессилии на корточках, не в состоянии подняться, оперся плечом о стенку купе качающегося вагона. Ощутив жжение в гортани и ноздрях, он опомнился, ринулся на карачках в сторону купе с беспечной брюнеткой. Попутчица сидела на одеяле полуголая, кривлялась, призывно манила длинными пальцами рук с кровавым маникюром.

– Дура! – зашипел Фёдор в ярости. – Закройся!

Брюнетка впервые испуганно округлила глаза и натянула на голые коленки одеяло.

Внутренности Фёдора содрогнулись от ужаса с опозданием, не понятно, отчего его затрясло: от брезгливости пред этой потной, похотливой, смуглой, розовой пупсой или вида торчащей трубки в щели двери купе и баллончика, из которого сочился газ, мешающий ему до сих пор видеть и дышать.

Глаза слезились. Горло драло, будто при ангине.

Фёдор бросился в туалет, благо отсек находился за стенкой купе. Промыл глаза, прополоскал ноздри и рот. Когда вернулся, повторил для притихшей попутчицы гораздо тише, зловещим шепотом:

– Теперь слушай сюда, идиотка, – осторожно задвинул дверцу купе, пробормотал нервно, срываясь на хрип:

– Там, в нашем купе номер «шесть»… К-кажется, усыпили… г-газом этих н-наших… с кем м-мы поменялись местами.

Фёдору не хотелось верить, что баллончик предназначен не только для ограбления.

Перепуганная неожиданным переходом в настроении спокойного, уравновешенного попутчика, Вероника испуганно раздувала мокрые губы, моргала в недоумении глазами.

– Одевайся быстро! Похоже, я видел тех типов. Они видели меня!.. Думаю, могут вернуться и замочить нас! Как свидетелей! То ли ограбить они хотели тех двоих, с кем мы поменялись купе, то ли… не знаю…

– Что? – заныла Вероника. – Что случилось? Не понимаю!

Больное воображение Фёдора разыгралось не на шутку.

Он запаниковал, судорожно запер дверь на защёлки, принялся подвязывать ручку двери полотенцем к вешалке для брюк и тупо твердил:

– Ё мое! Вдруг там убийство?! Вот эт-то вляпались!

Дробный стук колёс казался топотом ног людей, в панике бегающих по коридору вагона.

На удивление, Вероника быстро приоделась в розовый костюмчик, белые кроссовки, упаковала юбчонку, блузку и сапоги в яркий жёлтый пакет «Holiday».