Дату смерти изменить нельзя

 – Хотя, на мой взгляд, лучше бы ты действительно был механизмом. Серийным роботом, который можно заменить в случае необходимости.

– И отправить на свалку.

– И отправить на свалку!

Начальник оперативного отдела Управления контрразведывательных операций ФСБ РФ умел входить в положение подчиненных, но куда чаще ему приходилось демонстрировать безжалостность.

– Так отправляйте, – тоскливо произнес Бондарь. – Лучше отставка, чем карьера конторской крысы. Я неоднократно обращался к вам с просьбой подключить меня к какому-нибудь оперативному расследованию.

– Что ж, – неожиданно ухмыльнулся Роднин, – считай, что ты своего добился.

– Шутите?

– В этих стенах?

Достаточно было встретиться с немигающим взглядом Дзержинского на фотографии за спиной Роднина, чтобы понять неуместность каких бы то ни было шуток в этом кабинете.

– Я готов, – тихо сказал Бондарь, превращаясь во взведенную пружину. В какой-то мере он действительно был механизмом. Далеко не таким примитивным, как спусковой механизм огнестрельного оружия, но столь же безотказным.

– Готов ты был вчера, – проворчал сдерживающий улыбку Роднин, – когда вылакал пол-литра водки и завалился спать. Надо бы тебя с недельку продержать в карантине, капитан. Для профилактики.

– Не томите душу, товарищ полковник, – взмолился Бондарь. – Я столько ждал настоящего задания! Надоело дурью маяться. Работать хочу. Как прежде.

– Хм. Взять с тебя подписку, что ли?

– Дело настолько секретное?

– Подписку о том, что ты возвращаешься к нормальному режиму, – охладил пыл подчиненного Роднин.

– Вы хотите, чтобы я бросил курить? – ужаснулся Бондарь.

– Ты меня уж совсем за деспота держишь, капитан. Травись на здоровье…

– Спасибо.

– Но в меру, – закончил мысль Роднин. – Полпачки в день, чтобы уши не пухли. И баста. – Он выложил перед собой тощую папочку, прикрыл ее название рукой и хитро улыбнулся. – Даешь слово?

Бондарь задумчиво поскреб подбородок:

– Сначала хоть намекните, что за дело.

– Торгуемся, значит? – усмехнулся Роднин.

– Время такое, товарищ полковник. Рыночные отношения кого угодно торговаться научат. Взять хоть Государственную Думу или Кабинет Правительства, так там с утра до вечера…

– А-атставить!

– Есть, отставить! – осекся Бондарь.