Титул короля

Юноша замер, словно загипнотизированный немигающим, бесцветным взглядом этой странной женщины, надвигающейся на него с тихим рычанием. Через пару мгновений он вышел из оцепенения, рванулся прочь от кошмара и помчался к двери. Путь до двери показался ему безумно длинным. Наконец, он схватился за чугунную ручку и попытался открыть дверь, но она не поддавалась. Реджинальд обернулся через плечо, и его взору представилось ужасное зрелище.

Леди Кантемира начала менять свой облик: у нее появился волчий оскал, глаза загорелись дикой жаждой крови, лицо вытянулось вперед, а на щеках и лбу быстро вырастала черная шерсть, она стала ниже ростом, потому что стояла, согнувшись вдвое.

– Помогите мне!!! Откройте дверь! Сэр Витольд, на помощь! – Реджинальд заколотил кулаками по двери, не отрывая взгляда от чудовища, в которое вдруг превратилась леди Кантемира, его мать.

«Нет, это не моя мать, – в ужасе подумал он, – это опасное существо не может быть моей матерью».

Но это существо приближалось и приближалось.

И вот оно было уже совсем близко. Реджинальд едва успел отскочить в сторону, уклонившись от острых когтей, неведомым образом появившихся на пальцах женщины. Она продолжала издавать непонятные хриплые звуки и, по-прежнему, была настроена враждебно. По-видимому, она не понимала, что творит, потому что глаза ее были совершенно пусты и ничего, кроме жажды крови, не выражали.

– Перестаньте, прошу вас! – сбивчиво прокричал Реджинальд, пятясь назад. – Простите, если я вас обидел! Клянусь вам, я не хотел причинить вам боль! Я только сказал то, что чувствовал.

Если вы моя настоящая мать, то вы меня поймете! Я же ваш сын, вы не можете меня убить! Вы моя мать! Неужели вы не рады моему возвращению? Вы же ждали меня целых восемнадцать лет!

Тут леди Кантемира замерла, как вкопанная. Она посмотрела на него так, словно не понимала, что здесь происходит. А потом черты ее полузвериного лица задрожали, глаза приобрели голубой оттенок, когти втянулись обратно в пальцы, жесткая шерсть ушла под кожу.

Она выпрямилась и, окончательно приняв человеческий облик, прошептала сквозь слезы:

– Прости меня, сын мой…. Прости! Я не понимаю, что на меня нашло! Как я могла рассердиться на тебя до такой степени? Прости меня…

Вдруг она потерянно отвернулась от него и отошла в противоположный конец комнаты, закрывая лицо руками. Реджинальд глядел на нее в недоумении.

– Теперь ты никогда ко мне не придешь! – в отчаянии продолжала леди Кантемира.